Рецензия на книгу
Night and Day
Virginia Woolf
Soniya8 марта 2015 г.Существует не мало устоявшихся фраз, вызывающих у меня неприятие, одна из них звучит так:
«не надо ничего усложнять, всё на самом деле очень просто».
И когда мне захочется отдохнуть от подобных заявлений и людей, которые их делают, я смогу обратиться к прозе Вирджинии Вулф. К счастью, она усложняет. Разбирается в сложном и даже может помочь усложнять другим.Роман написан в 1919 году. Это период давно ушедшей Лондонской жизни, когда в городе ещё было много частных площадей, огороженных чугунной оградой и попасть туда могли только те, кто имел ключ. Общественная жизнь была кардинально разделена, женщины не имели права голоса, мужчины снисходительно перемещались из клуба в клуб. И на фоне этой степенности буйствует фантазия Вирджинии. Бескомпромиссность Вирджинии. Она хочет подсыпать душевное наполнение героев прямо в обычные Лондонские будни, и прожаривать, пока «обычность» не выветрится совсем.
В книге описаны семьи с разных сторон Лондонского общества, элитарная семья Кэтрин Хилбери, обедневшая семья Ральфа Денема, сельская семья Мери Датчет.
Главные герои – молодые люди внутри многоугольника отношений оттачивают своё восприятие жизни, независимое от своих семей, ищут выходы из предлагаемых обществом однообразных жизненных сценариев, соскальзывают с проторенных дорожек, много блуждают по Лондону, который бурлит фонарями, машинами и надеждами на перемены.
«Ночь и День» - не роман действия, это роман размышлений молодых людей, не желающих делать скидки ни себе, ни окружающему миру. Они хотят быть собой, быть «настоящими». Я удивилась, что даже в 1919 году эта проблема уже была остра, всегда ведь кажется, что только твоё поколение задаётся подобными вопросами.Вирджиния показывает, как через любовь персонажи становятся более завершёнными.
Вирджиния верит, что найти понимание для нетривиальной личности вполне возможно, надежда есть.
Вирджиния решает уравнение, в котором есть ночь и день без инструментов обезличивания.
И ещё Вирджиния рассказывает историю о людях, чей внутренний мир нуждается в большем уединении, чем может предоставить им семья, социум и условности данного исторического периода.
Впрочем концентрация условностей в романе не высокая, видимо в описываемое время уже произошли послабления и ВВ насмешничает над светскостью:
«Правила поведения для незамужних девиц написаны красными чернилами и выбиты в мраморе на случай, если по странному капризу природы у незамужней девицы не окажется такой надписи, вырезанной прямо поперек сердца.»Родители главной героини Кэтрин - Лондонская влиятельная и состоятельная богема, носители английской литературной традиции, а их дочь не знает, что ей делать, поскольку литература нисколько её не интересует:
«Как ни странно, Кэтрин скорее призналась бы в своих безумных фантазиях о прериях и тайфунах, чем в том, что оставшись в своей комнате одна, она засиживается допоздна, чтобы с наслаждением предаться…занятиям математикой»Но вопрос не в противопоставлении рода занятий родителей и детей, а в том, что в книге показано множество тупиковых путей для героев, тупики со всех сторон, хитрые жизненные ловушки смирения, такие же абсолютно, с какими сталкиваемся мы 2 века спустя. Но герои Вулф смогли их миновать и это настраивает на определённый оптимистичный лад. ВВ смогла описать выходы для своих персонажей достоверно.
В диалогах персонажей много размышлений о поэзии, серьёзные мужчины и женщины, главы семейств высшего общества Лондона рассуждают о том, что быть поэтом – вот занятие для настоящего человека, а не адвокатура и прочее...
ВВ подчёркивает в книге, что внутренний мир любой личности доминантен и реальность никогда и не прорывается в него. Бытовые аспекты семьи и работы, принятых светских приличий - пустой звук по сравнению с тем, что происходит в голове. Её герои часто смотрят на сумбурные улицы Лондона, на количество проносящихся во все стороны людей и машин, раздумывая, как могут все эти люди никак не срываться и не выдавать себя и происходящее у каждого внутри.
Одна из линий романа касается работы суфражисток. С помощью героини Мери Датчет показаны пыл и нелепость, тщетность и абсурд заседаний, попыток выйти на законодательный уровень при помощи листовок и чаепития борцов за лучшую женскую долю. Злорадно подчеркнуто, как радостно на душе от ощущения что ты такая социально активная и самостоятельная девица, меняющая мир. Мне показалась, что Вирджиния описывает это, как подмену, что женщине понадобилась просто ещё одна роль, но утверждать не стану, меня могла обмануть ироничность всего романа.
Единственный недостаток, который мешал при чтении - небольшое количество любовного бреда, во время которого герои Вулф вдруг начинали нести экзальтированную и образную чушь про свои переживания в стиле рыцарей с белыми конями.
Не смотря на то, что в этой книге, в отличие от последующих вещей Вулф, нет явного постмодернистского стиля, всё же то, как ВВ подаёт внутренности своих персонажей – точно не приёмы для классической литературы. Вот обычный джентльмен идёт по набережной с тростью и вдруг его начинает швырять в запредельщину, что-то в нём пылает, он на вершине горы, или вот он уже поглощен космическими видами и т.п. Образы насыщенные, и сильно контрастируют с остальным текстом.
Герои книги много пишут: писем, прозы, стихов, от этого возникает уютное ощущение прошлого.
Язык меткий, читается с удовольствием. От книги осталось впечатление пытливого ума автора и счастливых времён торжества литературы. Ну и было немного грустно из-за того, что находя выходы для героев, для себя Вирджиния Вулф их найти не смогла.19165
