Рецензия на книгу

• 

  nata-gik7 марта 2015 г.

  Есть такое чудесное понятие в английском языке – soulmates, которое невозможно точно перевести на русский. "Душевный друг" звучит простовато. Я бы определила таким словом человека, струны души которого настроены так же, как твои. В той же тональности. И именно с таким человеком вы потрясающе созвучны. Продолжая музыкальную ассоциацию – ваше общение, как гениальный джаз-бэнд, где прекрасно звучат и соло и ансамбль, а их джазовая импровизация может длиться и длиться, меняя направление, стихая и разгоняясь. Но никогда не сталкиваясь в какофонии-непонимании.

  Мне кажется, любимые писатели – это тоже наши soulmates. Встречи с ним всегда ждешь с нетерпением, предвкушая что-то обязательно интересное, важное, глубокое. Но никогда не зная, что именно это будет. И всегда, всегда при чтении произведений любимого писателя возникает тот самый волшебный момент, когда книга начинает "говорить" лично с тобой, поднимая важную для тебя тему, задавая беспокоящий тебя вопрос. И начинается ваша "беседа" – это ни с чем не сравнимое удовольствие чистой (не утилитарной) мыслительной работы. Автор подбрасывает тебе вопросы, которые ты сам для себя не мог сформулировать. А потом вместе с тобой пытается найти ответы. Они иногда не находятся. Но сам поиск, этот "разговор по душам" стоит очень многого.

  Простите за такое долгое вступление, но, собственно, Памук явно такой мой "друг". Для меня его книги – это в первую очередь очень важный для меня разговор, и уже во вторую – сюжет. "Снег" получился беседой долгой, не самой легкой и с грустным осадком в конце. Но важные разговоры обычно и не бывают веселыми. Так что, переходя все же к сути рецензии, "Снег" – это очень непростая как по тексту, так и по сюжету, книга. И если вы, прочитав аннотацию, ожидаете от Памука очередного высокоинтеллектуального детектива вроде "Меня зовут Красный", то либо срочно меняйте ожидания, либо откладывайте книгу. "Снег" требует к себе особого отношения – внимательного вчитывания, а не пробегания строк лишь глазами, когда мысли при этом витают в думах о том, что нужно купить на рынке.

  Роман отчетливо делится на три части. И хоть он описывает три дня из жизни главного героя поэта Ка в городе Карсе, но деление это не совсем четко идет по дням. Первый день, день прибытия героя в город до вечера – это почти половина книги. И это очень мало похоже на художественное произведение. Я бы сравнила эту часть с "Диалогами" Платона. В разговорах главного героя с совершенно разными людьми поднимаются важнейшие вопросы веры в Бога, смысла жизни и смерти, оправдания насилия. Для меня эти вопросы оказались настолько важными, что я бы хотела привести несколько цитат, которые запустили бурный мыслительный, можно даже сказать в кантианском смысле критический процесс у меня в сознании. Вот так герой отвечает любимой женщине на ее предложение сходить к религиозному лидеру города:

  
  Я сейчас очень счастлив, мне не нужна религия.

  А вот что он говорит этому лидеру уже на собрании:
  

  
  Я хочу верить в Бога, который заставляет падать этот прекрасный снег. Есть Бог, который сделает людей более цивилизованными, более деликатными... Но этот Бог не здесь, не среди вас.

  Но герою отвечают все активные приверженцы религии, что прийти к Богу самостоятельно, а особенно прийти к нему, сохранив себя, свою личность, свое достоинство – невозможно:

  
  Бог не любит самодовольных. Дьявола прогнали из рая за то, что он был высокомерным.

  Вот она, ключевая для меня мысль, тот камень преткновения, который и меня, вслед за Ка, останавливает в полноценном отнесении себя к верующим людям. Да, я хочу верить, но отдавать всю себя, отрекаться от себя, растворяясь в вере и в Боге я не хочу. Для меня это не только и не столько вопрос моей гордости/гордыни. Для меня "мыслю – следовательно существую", значит "подвергаю критике, сомневаюсь, могу принимать разные решения, отвечаю сама за себя и свои поступки". А истинная вера по мнению активных адептов религии не должна омрачаться сомнениями, рассуждениями и вообще задаваниями каких бы то ни было вопросов о существовании и деяниях Божьих.

  Вечером первого дня случается событие, которое еще больше обостряет всю конфликтность ситуации в городе, где столкнулись верующие и атеисты. И разговоры стали острее. Никто не хотел уступать, каждая сторона считала себя безоговорочно правой. А желающий разобраться, понять обе точки зрения Ка попадает в патовую ситуацию. В каковой, мне кажется, чувствует себя сейчас любой действительно зравомыслящий человек. Когда с одной стороны вера в Бога превратилась в религиозное мракобесие, а с другой стороны цивилизованный прагматизм стал воинствующей антиклерикальной тиранией, оставаться в уравновешенной позиции практически невозможно. Ни я, ни герой (и, видимо, ни автор), не увидели этой крошечной точки равновесия среди бушующего торнадо. А самую страшную мысль озвучил сам Ка:

  
  ...ты чувствуешь, что в этом мире, где каждый, кто проявил себя нравственным человеком, стал глупым и умер, можно жить, только став злым и безнравственным.

  Это страшно. И развитие этой страшной мысли мы видим во всех дальнейших событиях романа. Нет никакой возможности добром противостоять уже разыгравшемуся злу с обеих сторон, и нельзя остаться в стороне, сохраняя нейтралитет. Ни любовь, ни талант, ни ум – ничего не защищает от идеологии, раскрученной до уровня фанатизма, какая бы благая идея не была в основании. Как можно остановить ураган, рассказывая ему, что он не прав в своей разрушительности?

  Я могу продолжать и продолжать. Я совсем не рассказала вам о любовной стороне этого романа. О том, как прекрасен снег в Карсе, о настоящей дружбе и о невынужденном предательстве. О простоте и красоте людей и мира, которые, несмотря ни на что, остаются главным в конце романа. Но сегодня именно эта тема моей беседы с Памуком была самой важной. Я точно буду перечитывать этот роман и тогда, надеюсь, важнее будет красота снега и симметрия снежинки.

  C.R.
  Прекрасная обложка оказалась у меня на полке. Близкая к сути и к настроению романа. А потом была совершенно непонятная мне барышня в мехах... Почему??? Да и шарик со снегом с Карсом внутри это достаточно грубый символ. В этом ряду мрачное дерево на болгарском издании смотрится гораздо гармоничней:

  А вот оригинальное турецкое издание сразу показывает совершенно другой акцент романа – одинокого, ищущего человека. На всех западных изданиях использован тот же образ одиночества. Но турецкий вариант самый, я бы сказала, щемящий. Вот такой он и был, такой счастливый в своей маленькой личной жизни, но окунутый в печаль нашего раздираемого враждой мира.

  11

  109