Орфей спускается в ад
Теннесси Уильямс
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Теннесси Уильямс

Через все три пьесы этого сборника красной нитью проходит какая-то тоска, безнадежность и невозможность выбраться.
Наибольший эмоциональный отклик вызвал "Стеклянный зверинец", где образы героев оказались слишком знакомыми. Здесь и мать семейства, которая под видом заботы "причиняет всем добро", которая точно знает, что для ее детей будет лучше, которая не просто не может отпустить уже своих детей, но периодически дергает их за руку, чтобы лишний раз убедиться: она еще имеет на них влияние. Здесь и Том, которому жизнь настолько опостылела, что он каждый вечер после работы в обувном магазине идет в кино, лишь бы не возвращаться домой, а втайне пишет стихи. Здесь и Лаура, девизом которой является "извините, что я существую".
Одной из самых страшных сцен для меня оказалась та, где Лаура говорит, как тяжко ей было, когда она опаздывала в класс, и ей приходилось идти в проходе между парт, и как она мучилась, что все на нее смотрят, видят ее ногу (одна ее нога немного короче другой, из-за этого в семье считают ее инвалидом), а ее собеседник ей отвечает - правда? никогда не обращал внимания на вашу ногу.
Это страшно, когда человек всю жизнь считает себя инвалидом, ущербным, недостаточным, нетаким, хотя на самом деле - с ним все в порядке.
Второй страшной сценой стал монолог Тома, где он говорит о необходимости обменивать свою жизнь на гроши. (Пояснений не будет, просто вчувствуйтесь в это).
"Лето и дым" прошло большей частью мимо. Да, жизненные обстоятельства сложились для Альмы не лучшим образом, и сама она - продукт этих обстоятельств. Нервная, дерганная, отчасти истерическая, прячущаяся и бесконечно на всех вокруг оглядывающаяся. Сказать бы ей, что никто на нее не смотрит, расслабься, но будет ли толк?
"Орфей спускается в ад" - из тех пьес, на которые нужно время, чтобы внутренне их переварить. Нам с первой сцены показывают мелочность, ущербность и в то же время обыденность таких характеров и историй.
Бесконечно сплетничающие тетушки и сестрицы, шериф, упивающийся своей властью, которому нужно только указать направление - и травля будет начата. И самые обычные "мужики", очень простые и понятные в своей тупой злости, у которой даже как будто нет никаких причин. Все они "просто" вот такие.
И попытки вырваться из этого ада, разумеется, заканчиваются неудачей, потому что Вэл - не Орфей, а Лейди - не Эвридика. Да и сама пьеса вовсе не красивый миф о любви, а скорее нечто изломанное и искареженное.
Теннесси Уильямс
0
(0)