Рецензия на книгу
Комната Джейкоба
Вирджиния Вулф
rvanaya_tucha23 февраля 2015 г.Как никогда для меня ясна, и стройна, и понятна — метафора текста. Не думаю, что эта книга может увлечь просто, я думаю, она понравится тем, кто уже чтит Вулф за следующие её романы и вообще за всё, или она понравится тем единицам, которым будет в нужное время в нужном месте, которым окажется близка. Такая... субъективная литература. Люблю её.
Как никогда мне сейчас легко было — скользить, идти вдоль строк, по страницам вперёд, едва задерживая взгляд на бесконечных новых именах, запоминая из них первую букву или необычное сочетание букв, загибая страницы, которые надо будет кому-то показать, задумываясь о своём и упуская из понимания целые абзацы, не перечитывать их, идти, скользить, просто читать, страница, страница, страница, глава. Нехитрый ритуал – полчаса перед выходом из дома, полчаса перед сном. Чтобы сознание совсем не покрылось коростой от простоты происходящего (каждый день на работу и почти всегда обратно). Чтобы чувствовать присутствие какой-то иной, другой реальности; быть таким... живым.
Что-то очень близкое и что-то крайне далёкое — Джейкоб. Вот он стоит, совсем немного сутулый, неброско одетый, с ясными глазами, и хочется прожить с ним всю жизнь. Не задавать, наконец, никаких вопросов, не ждать никаких ответов. Но, если не обманывать себя, становится ясно: ты смотришь вокруг и на него, и видишь всё это будто сквозь толщу льда ‒ не расколоть, не протопить. Она прозрачна, ты всё видишь ясно; но плохо слышно, и часто не достучаться обратно, и рукой не дотянуться, и оттенки запахов отсюда совсем почти не различимы. Тяжело.
Что-то очень простое и бесконечно неясное (complex) — твоя жизнь; и чужая жизнь, каждая жизнь, каждый день, в каждом городе, после каждой прочитанной книги. Когда ты, засыпая, вспоминаешь день – что мелькает в твоей голове? Слова? или чей-то поступок; или запах духов; или спор; или красивые вещи; или чувства, ощущения страха, радости, тоски, обиды, любви, ярости, страсти ты вспоминаешь? А когда тебе будет пятьдесят, и, стоя на кухне, держа в одной руке сковородник, в другой лопатку, ты вдруг поймешь, что прошедшая жизнь в твоей голове распихана кусками (кусок детства, кусок института, кусок младенчества детей, кусок кошмарной работы, кусок закончившегося романа) – что промелькнет в твоей голове? Череда сказанных слов? или запах дедушкиного пиджака; или ледяная речная вода в походе; или экзамен на третьем курсе? или добытое ребёнку зимнее пальто? или поездка; или кукуруза, которую несколько лет ел банками; или из чего будет состоять твоя жизнь? В твоей комнате, которую ты построишь по образу и подобию, что там будет. Или ‒ sorry, we have no room.
Это я к чему. Снова читая Вулф, снова бессознательно останавливаешься, возвращаешься в себя, дышишь ровнее. Не знаю, что она хотела сказать друзьям, незнакомцам, тебе и мне, но знаю, что сама пока ясно слышу:Другого никогда не узнаешь, как себя. Можно лишь угадывать; со-чувствовать; играть в чужую жизнь, примеряя костюмы; поэтому – будь внимателен и еще внимательнее, замечай всё и замечай еще больше. Читай других людей, это интересно; устанешь – возвращайся к себе, посиди, весь домашний, в любимом кресле, отдохни, побудь у себя, успокойся. И выходи снова гулять, будь любопытен и вежлив;
и будь спокоен ‒ дома всегда будет ждать твоя комната, порога которой не сможет переступить, кроме тебя, никто.37660