Рецензия на книгу

• 

  Osman_Pasha25 октября 2024 г.

  Эта в книга подтверждает, что у истории как науки нет начала и конца. При изучении какого-либо события границы для него устанавливает сам исследователь. Здесь Чайна Мьевиль берётся за Великую Октябрьскую социалистическую революцию, или, если короче, Большевистский переворот. Самое раннее историческое событие, которое упоминается в книге — Крымская война 1853-1856 годов. Правда было ещё упоминание о 1703 годе в таком, ключе, что если бы Пётр не основал город, то и революция не случилась бы. Не смог Чайна удержаться от фантазирования.

  Начав с краткого разбора дореволюционного времени Мьевиль переходит к 1917 году. Он отводит по главе каждому месяцу с февраля по октябрь. Это делает книгу более доступной для понимания, особенно для тех, кто плохо знаком с историей революции. До этого не встречал более-менее структурированного описания действий «верных ленинцев» в дооктябрьский период, а если встречалось, то напоминало такое: суета-суета-суета, облом в июле, суета-суета-суета, взяли Зимний. Здесь Мьевиль особое внимание уделяет действиям большевиков, хотя они и не всегда были в центре, например май и сентябрь оказались не очень событийными для них. В тексте Чайна придерживается документального стиля, хотя во введении и декларирует, что это «по сути, художественное произведение». Правда кое-где всё же проскакивают попытки расцветить строгое документальное повествование художественными метафорами. Как по мне, вышло ни два ни полтора, нужно оставаться либо в документальном жанре, либо в художественном.

  Чайна Мьевиль — марксист, троцкист, социалист придерживающийся левых политических взглядов. Поэтому у меня было сомнение не станет ли он необоснованно превозносить и хвалить большевиков, подменять их сомнительные достижения уверениями, что всё было хорошо. Но такого в книге нет, хотя... в эпилоге есть предположение, что всё случилось так как случилось, но на параллельных ветках реальности всё могло сложиться куда удачнее. Мьевиль в целом объективно удерживает баланс между идеологией, которой он симпатизирует, и историческими фактами. Советские вожди например описаны так:

  
  Сталин оставлял мимолетное впечатление, «время от времени смутно где-то маячил, не оставляя никаких следов».

  это его роль в 1917 году, к 1937 доходящая до

  
  «дядюшки Джо», усатого чудовища с пронзительным взглядом, мясника, главного архитектора гротескного, убийственного, деспотического государства.

  И описание Лениина, как

  
  человека, который всегда без сомнений нарушал закон и порядок
  Ленин, не колеблясь, будет заимствовать различные идеи у левого крыла эсеровской партии
  Ленин не оправдывался и не признавал ошибок

  При этом автор никого не очерняет. Рассказывая о Керенском и его правительствах Мьевиль подчеркивает, что он был очень слабым руководителем, а за большевикам была народная поддержка. Но в целом и они не обходились без недостатков.

  
  Привычный метод левых состоит в том, чтобы грубо отрицать оплошности; потом, как можно позже после того, как осядет всякая пыль, мимоходом вставить ремарку о том, что, «конечно», как всем известно, где-то в туманах прошлого «были допущены ошибки».

  Ну и главный недостаток, что

  
  тот порядок, который будет построен, можно назвать каким угодно, но только не социалистическим.
  Вместо этого в последующие месяцы и годы как революция искромсается, выхолостится, изолируется, закостенеет, сломается. Мы прекрасно знаем, как это будет происходить: начнутся чистки, лагеря, голод, массовые расправы.

  Чайна Мьевиль не предлагает читателю идеализированного взгляда на Октябрьскую революцию, он показывает всю её сложность и неоднозначность. Его книга — размышление о том, как политические амбиции, идеалы и ошибки могут изменять ход истории и судьбы миллионов людей. И куда всё это приводит.

  05:02

  59

  589