Рецензия на книгу

• 

  GlebKoch22 октября 2024 г.

  Пустыня как символ бесконечности и зыбкости повседневного

  Абсолютно кафкианское произведение. Тягучее и безысходное. Присоединюсь к хору голосов, призывающих не читать эту книгу, если вы ждете развлечения. Чтение этого текста - работа. Здесь столько символов, слоев и отсылок, что приходится останавливаться и лезть в богословские труды или читать о библейском символизме или пролистывать что-то из Кафки. У меня было стойкое ощущение, что есть отсылки к Гессе, пришлось вспомнить "Путешествие в Страну Востока" и "Степного Волка", но смог уловить только общий настрой и пару похожих мыслей. В процессе чтения ощутил, что понял главный посыл кутзеевского "В ожидании варваров", а потом где-то прочел, что она и написана была по следам "Пустыни" и была вдохновлена этим романом.
  Сюжет вроде бы прост, молодой офицер прибывает в форпост, расположенный где-то на краю пустыни. Он жаждет подвигов, мечтая совешить что-то героическое, как и другие офицеры вокруг. И в этом ожидании проживает свою жизнь. Военные каждый день ждут нападения огромных татарских орд, они готовы каждую минуту к отражению нападения, но время идет и ничего не происходит. Ярчайшая иллюстрация отложенной жизни.

  
  Каждый человек
  живет за решеткой, которую он носит в себе. Люди боятся свободы и ответственности. Поэтому они
  предпочитают прятаться за тюремную решетку, которую сами выстроили вокруг себя. Моя тюремная
  камера – моя крепость
  Ф. Кафка
  

  И крепость здесь действительно символ тюрьмы. Военные считают, что они в крепости готовы к обороне, а по сути, заключили себя на всю жизнь. И выезды только показывают, насколько далеко их отпускает невидимая цепь. И описания пустыни сводятся к библейскому "безвидна и пуста", что-то зыбкое, ненадежное, могущее нести что-то неведомое, скорее всего злое и опасное, поэтому люди заперли себя в крепких стенах. Крепость понятна и надёжна, а за стенами их ждет неведомое. Однозначная аллюзия одновременно к огромному количеству символов. Мне увиделся отсыл к древниму Вавилону с его зиккуратами и к псалмам Давида с его обращением к Богу, где называет Вседержителя «крепостью народа Своего и спасительной защитой». Татары на черных конях, как возможный символ всадников Апокалипсиса или бесчисленные всадники из Второзакония, признак непреодолимой силы и жестокого завоевания.
  Давно мне не попадался столь многослойный роман, заставивший копать глубоко, разыскивая все новые смыслы. Отличная получилась разминка для ума, и тренировка думательной мышцы. В рамках рецензии трудно передать все смыслы и знаки, считанные в процессе познания текста, но книга дает отличный задел для глубокой и интересной беседы с понимающим человеком.

  42

  454