Рецензия на книгу

• 

  majj-s20 октября 2024 г.

  Родина и родительство - слова однокоренные

  Терпи ради любви.
  Кричи, только роди.

  Это наполняет негодованием, одновременно заставляя подивиться единству мира. В том смысле, что поборники патриархата, в стремлении объяснить женщине, что ее тело - не ее дело, закручивают гайки со всех его концов. В Штатах запрещают аборты, в России предлагают штрафовать на 40 000 в месяц бездетных и одобряют закон о пропаганде чайлдфри. В реальности Лени Зумас правительство пошло дальше, аборт карается тюремным сроком для врача и заказчицы. Парадоксально но ЭКО тоже под запретом (эмбрион не давал согласие на подсаживание), наукоемкая процедура заменена впрыском размороженной донорской спермы в шейку матки в период овуляции. А с нового года начнет действовать закон "Каждому ребенку два родителя", который отсечет одиночек от усыновления младенцев матерей-отказниц.

  Жизнеописательница Ро, по злой иронии не "мама Ро" страстно хочет ребенка. Мужа нет, под 40, пишет книгу о полярной исследовательнице свойств паковых льдов, для поддержки бюджета работает учительницей в местной школе и тратит уйму времени на визиты в центр репродуктивной медицины. Безрезультатные. Мечтает о сыне, которого назовет Арчи в честь старшего брата. Балованный любимец семьи, умница и красавец, он подсел на наркотики и умер от передоза.

  Лола, жена директора школы, где работает Ро, лечилась у Знахарки от ожога, нанесенного мужем (потому что в клинике стали бы задавать много вопросов о происхождении травмы). Упала с лестницы и получила телесные повреждения средней тяжести, выпив лекарство, которое Знахарка дала ей для наружного применения, куда кто-то (она сама? муж?) добавил седативный препарат, после чего муж подал на Знахарку в суд.

  Жена. Саманта и сама забыла. когда в последний раз мысленно называла себя по имени, "жена" в качестве обозначения намертво прилепилось к ней, при том, что призвания к этой роли ни разу не чувствует. Знаете, есть женщины, созданные для роли идеальной домохозяйки со сверкающим чистотой домом, полом. с которого можно есть, свитерами-самовязами для всех членов семьи и баночками приправ в количестве 72 штук, а есть те, которые для такого не созданы. Жена учителя французского из той же школы, где историю преподает Ро, а муж Лолы директором - из вторых: любит детей и, кажется, не ненавидит мужа, но больше всего на свете хотела бы вернуться в университет, а после делать карьеру адвоката.

  Знахарка Джин живет отшельницей в хижине на краю леса с курами и козами, лечит женщин травами, всему научилась от тети, забравшей ее после того, как мать бросила малышкой и упылила в неизвестном направлении. Сама она тоже родила от друга детства 15 лет назад и отдала - просто хотела испытать опыт вынашивания и родов, но растить ребенка не была готова. А что. так можно? Ну. очевидно, можно там, где ребенку не грозит приют, а бездетные пары ждут очереди на младенца. Ей обещали, что девочку отдадут на удочерение в семью, живущую на расстоянии не меньше сотни километров... А сейчас Джин под судом по обвинению в покушении на жизнь Лолы.

  Дочь Мэтти, ученица той же школы 15 лет, беременеть не собиралась, но у молодых девчонок с молодыми партнерами уровень фертильности повыше, наверно, чем у сорокалетних женщин и замороженных сперматозоидов. Так или иначе, девочка залетела от одноклассника,который уже крутит с другой, и больше всего на свете хочет избавиться от того, что поставит на ее будущем крест. И нет, она не хочет родить, чтобы отдать на усыновление, спасибо, не надо. Она сама удочеренная, папа и мама замечательные, но, как бы объяснить - своем гипотетическому ребенку Мэтти такого не пожелала бы.

  И красной лентой прошивают роман фрагменты биографии Айвёр Минервудоттир, то самой полярной исследовательницы, которая пробивалась со своими открытиями в мужском мире (безрезультатно) И. Красные часы каждой из них бьют джондонновыми колоколами, которые, известно по ком, звонят.

  35

  445