Рецензия на книгу

• 

  YuliyaKot87219 октября 2024 г.

  Крокодильи слезы Бакмана

  Я очень старалась закрыть глаза и убедить себя, что мне нравится. Правда-правда. Ведь Бакман — один из тех писателей, чьи книги я покупаю не глядя на отзывы и аннотации. Но здесь, в книге "Медвежий угол" меня ждало разочарование и 500 страниц нудных нравоучений, калейдоскоп персонажей, на каждого из которых не хватило места, и от них в итоге остались лишь шаржи, и немного зимы и хоккея.
  Бакман, что видно по последним произведениям, порядком исписался, ударившись в слезливые мелодрамы. Он вроде описывает "жёсткий спорт" и равнодушный городок, борющийся за выживание, но все, все, ВСЕ мужчины, женщины и дети в нем только и делают, что плачут. Рыдают. Что бы ни происходило, Бакман не утруждает себя вопросами, а как ещё может психически адекватный человек отреагировать на ситуацию. Всем плакать — и точка! Ну, ещё поблевать можно. Или в лесу поорать.
  Может, именно поэтому персонажам совсем не веришь и, периодически закатывая глаза, вздыхаешь сам себе: "Халтура!" Про то, что герои постоянно шепчут вместо того, чтобы говорить нормально, я уже писала в другой рецензии, но и тут этого хватает. Видит Бог, я пыталась представить на серьёзных щах эти диалоги с теми интонациями и жестами, какие приписывает своим героям автор, но всякий раз выходило комично. Чаще всего из-за этих шепотков. Нет, ну серьёзно: попробуйте поговорить шёпотом на улице и спросите собеседника, сколько он услышал и понял из сказанного.
  Местами книга представляет собой какую-то мешанину всего и вся, набор кадров из кино. Или сводку новостей, которые Бакман прочитал, сидя на унитазе, в Фейсбуке. Тут и изнасилование, которое пытаются замять, и мама-гастарбайтер, вкалывающая за копейки с больной спиной, и несправедливо уволенный тренер-пенсионер, и добрые дяди-гангстеры, и девочка-подросток, которой ничего не будет за покушение на убийство, и папа-алкоголик, и умерший супруг, и умерший ребёнок, и гейская любовь, и буллинг в школе, и несбывшиеся юношеские мечты, и противостояние бедных и богатых, и весь набор клише о тяжёлой человеческой доле. И много, очень много недосказанности и отсутствия логики. Петер тюфяк, не хочет даже попытаться высказаться в свою защиту, Габи не хочет, чтобы дети видели, как она смеётся (серьёзно? Что за бред?), Адри, Амат, Мая, Ана, Жаннет, Закариас — господи, да все персонажи только и делают, что о чем-то многозначительно МОЛЧАТ. А когда не молчат, то говорят цитатами из пацанских пабликов. Автор высасывает драму буквально из всего. Например, Ана перестала здороваться с Маей фирменным трехэтажным приветствием, и все, читатель должен уже тянуться к новой пачке носовых платочков от жалости к ней, ведь она НЕ ТАКАЯ КАК ВСЕ, а злой социум заставляет её в него вписываться. А просто подумать, что подросток взрослеет, и какое-то поведение становится неактуальным? Нееет, иначе не было бы драмы. Такое ощущение, что автор воспринимает взросление и отказ от старых привычек, как предательство, будто все обязаны остановиться в своём развитии на всю жизнь на уровне пятнадцатилетнего тинейджера.
  Бакман — швед, живущий в Стокгольме, и то, о чем он пишет, он, похоже, видел только на картинке. В связи с чем мне вспоминается интервью с одной шведской чиновницей, активно призывающей людей ради экологии отказаться от личных автомобилей. "Почему, ну почему вы не хотите пересесть на метро!" — вопрошала она граждан страны, где метро есть только в столице. Да уж, простота хуже воровства, как говорится. И у Бакмана тоже прослеживается определённая тенденция широко распахивать наивные глазенки за розовыми очками и требовать от мироздания справедливости, братства и вселенской любви. Поначалу меня это даже умиляло, а теперь приелось. Он не Дон Кихот, а всего лишь очередной "прогрессивный" (увы, в негативном смысле) житель мира розовых пони.
  Да, кстати о предательстве и лицемерии, с которыми автор так усердно борется во всех своих книгах. Кто читал, тот знает, что у Бакмана деньги — зло, все отрицательные герои — богачи, а бедняки априори невинные и благородные. Вот только сам он после внезапно обрушившейся славы не захотел остаться в Сконе, а переехал за лучшей жизнью в столицу, и навряд ли живёт там в условной хрущевке, спуская гонорары на благотворительность.
  Резюмирую. "Медвежий угол", начавшись так многообещающе, к середине превратился в гротескное выпячивание страданий, но я его все равно дочитала, ибо не имею привычки бросать. У Бакмана есть вещи и лучше, и атмосфернее, и без неуместного надрыва, поэтому эту книгу рекомендовать не буду, да и самой мне потребуется время, чтобы вернуться ко второй и (о боги, за что?) третьей части.

  18

  430