Рецензия на книгу

• 

  matiush4388

  8 февраля 2015

  Годув 70-м приятель, далее моего продвинувшийся по стезе порока, дал мне затянуться раз-другой казбечиной с анашой и спросил через несколько минут:
  

  • Ну, как?
  • Ничего не чувствую, -ответил я со стыдом.
  • Нормально, это кайф такой, -сказал мой растлитель.

    Ничего не чувствую. Хотя это очень своеобразный кайф, от такой книги не охмелеешь, но и не потеряешь ничего и даже приобретешь. Из серии книг "мой век", где описаны и времена и нравы и сборища и пьянки, а главное люди. Серия для извращенных любителей собирать картинки из кусков, Гандлевский написал про Льва Лосева, Вайля, Пригова. Кто -нибудь написал свои мемуары про этих же и про него. И так кусками восприятие разных людей, там и упоминания про Бродского, Довлатова. Куда без них. Такая обычная мемуарная книга про дизнь и друзей. Очень миниатюрная, как исповедь в очереди за хлебом, когда человек вдруг рассказывает свою жизнь. Да и сам Гандлевский говорит, что от частых рассказов другим о жизни, что- то сглаживается фантазией и становится менее правдивым и более литературным. Тем более Гандлевский лирик, лирик -любитель митингов.

  
  Про Пригова мне понравилось, там он прям такой волевой мутант, как из терминатора, жидкий метал, подстроился в итоге под дух времени. От чего Гандлевский от него отвернулся я не помню, с Вайлем понятно, осмеял Пушкина пошел в игнор. А потом и умер вообще.
  Вообще, в этой книге почти все умерли. О смерти случайно не забудешь.
  вот лично мне не дано будет такую книгу написать, ну кого я знаю? А никого. А про жизнь что толку рассказывать, если ты никого не знал и к Лосеву домой не ездил, не перелезал через его заборы. Прям чувствую как жизнь моя обнуляется. Никакого духа времени во мне не живет, даже какого-нибудь бемовского духа тоже нет.
  Так что вообще грустная книга.
  

  
  До колючих седин доживу
  И тогда извлеку понемножку
  Сотню тысяч своих дежавю
  Из расколотой глиняной кошки.
  Народился и вырос большой,
  Зубы резались, голос ломался,
  Но зачем-то явился душой
  Неприкаянный облик романса.
  Для чего-то на оклик ничей
  Зазывала бездомная сила
  И крутила, крутила, крутила
  Черно-белую ленту ночей.
  Эта участь – нельзя интересней.
  Горе, я ли в твои ворота
  Не ломился с юродивой песней,
  Полоумною песней у рта!

  21 понравилось

  0

  762