Рецензия на книгу
Хранитель древностей
Юрий Домбровский
Julsoni28 сентября 2024 г.Одна тысяча девятьсот тридцать седьмой
Одна тысяча девятьсот тридцать седьмой. Огонь репрессий уже полыхает, и жар его постепенно доходит до самых отдаленных провинций Империи. Исподволь, стелясь, его отравляющий дым проникает в жизнь Алма-Аты: исторического музея, совхоза Горный гигант, в редакции газет, в жизнь каждой семьи.
Сапог государства, словно принадлежащий Гулливеру в стране лилипутов, с каждым шагом все опускается и опускается на своих граждан, все давит и давит, и люди исчезают, прилипнув к его подошве или остаются лежать, раздавленные и покалеченные.
Все чаще и чаще находят среди них врагов народа, люди пропадают - исчезают по ночам из своих квартир, со страниц газет, со стен и с досок почета, вымарываются из фотографий. Пресса требует повышенной бдительности, трубит о шпионах, о наставших тяжелых временах, необходимости мобилизоваться, сплотиться и обязательно кого-то уничтожить. Строчатся доносы. В любом необычном поведении видится вредительство, шпионаж.
Словно бы меняется воздух в Империи. Меняются нормы. Меняются люди. То, что раньше казалось недопустимым, невозможным в обстановке тотальной мобилизации (на борьбу уже не важно с кем), теперь возможно. Возможно все. Все для победы! Уже не важно над кем. Евреи? Врачи? Политические оппоненты? Троцкисты? Высший командный состав красной армии? Коммунисты (особенно, те, из первых)? Казаки? Дворяне? Зажиточные крестьяне? Интеллигенция? Поляки? Иностранные агенты? Список бесконечен.
Рождается новая реальность. Размываются понятия добра и зла. Меняются люди, не желает меняться Хранитель. Что за древности он охраняет? Ужели это только черепки да черепа? А, может, древности - это то, что становится ненужным в этом построенном новом мире: порядочность, критический ум, доброжелательность по отношению к людям, неприятие стукачества, образованность, честность, прямота, откровенность. Кажется, хранитель свой бравадой, своими необдуманными, да что уж там, просто смертельно опасными поступками и словами (!) словно бы борется за стремительно ускользающую нормальность мира. Смотреть на это страшновато. Это и храбрость, и невозможность поверить, нежелание верить в происходящее, настолько оно невероятно, ненормально.
Эта книга - зачин. Мы из солнечной, чудно описанной автором Алма-Аты, похрустывая сочным яблочком сорта апорт, сидя на башне храма, наблюдаем, слегка отстраненно и безэмоционально (как и положено ученому) за рождением террора. Расцветет он в следующей части - в книге под названием "Факультет ненужных вещей".11581