Рецензия на книгу

• 

  Olga_Wood16 сентября 2024 г.

  И хотя я поставила книги не очень приятную оценку, к концу она меня знатно порадовала, предоставив огромное множество мыслей и цитат, которые в пору распечатать и повесить перед рабочим столом. Нет, не в собственной комнате, но хотя бы перед собственным рабочим столом, которого у меня, и правда, не было долгое время.

  Да, я тоже писательница. И в какой-то степени могла бы согласиться с Вирджинией Вулф, что вот, дайте мне постоянный доход и свою комнату и я буду писать. Писать буду, но в скором времени выдохнусь, потому что не буду иметь ни каждодневных противоречивых рабочих бесячестей; ни обеда в общественных местах (не у всех рядом с домом есть кафешки и рестораны); ни препирательств за место в автобусе; ни эмоций от этих самых поездок до и после работы — отчего потом я скорей всего превращусь в бабку, которая непонятно куда едет в самый час пик с сумкой на колёсиках.

  И в целом это эссе было немного непонятным, сумбурным. Нет, точнее я поняла к чему там была эта отвлечённая история от лица какой-то Мэри, которая якобы не автор, но в целом всё смотрелось несвязным. Конечно, в конце приходит и понимание, и осознание, и восторг от всех деталек, но это не отменят того, что Вирджиния Вулф пишет, хм, тяжело, что ли. Вот в ней, я бы сказала, как раз больше мужского мировосприятия и слов, чем в условной Жорж Санд, которую автор упоминала в своём эссе.

  Однако мне очень понравились финальные мысли о том, что автору необходимо примирить в себе два пола, чтобы уметь лавировать в литературе. Что логично, что женщины во времена Шекспира никак не могли проявить себя из-за тогдашних условий и устоев. Что мужчины без женщин не смогли бы так писать, и, как ни странно, наоборот: женщины без мужчин тоже будут писать посредственно.

  Всё это говорится и прямым текстом, но ближе к концу, и читается между строк на протяжении всего небольшого эссе (которое, правда, за один присесть будет сложно изучить). И самый сок, самая прелесть как раз в последней части, где раскрываются все карты, и автор объясняет, к чему именно она пришла, когда готовилась к выступлению под названием "Женщина и литература": женщина превносит свои штрихи в литературу даже тогда, когда не пишет ни строчки.

  19

  380