Рецензия на книгу

• 

  varvarra8 сентября 2024 г.

  "Но когда столько выстрадаешь, чувствуешь, что силы в тебе хватит до конца жизни".

  Так как роман носит название "Монт-Ориоль", то с него и начну. Правда, название это впервые встретится на середине повествования, а до него речь будет идти о глуши Анваля, в которой был когда-то обнаружен большой источник. Доктор Бонфиль окрестил его своим именем, местные землевладельцы согласились построить лечебницу ("внизу торговали минеральной водой, душами и ваннами, а наверху – пивом, крепкими напитками и музыкой") – вот вам и курорт! Он и выступает местом действия, являя читателям нравы отдыхающих, знакомя с публикой и методами лечения. В легкой сатирической манере Мопассан представляет местных светил медицины. Три доктора, привлекающих пациентов разными способами – часто комичными – не раз вызывали улыбку, а аферы с ревматизмом старика Кловиса поражали изощренностью.
  Клиентура, то есть, персонажи, составляют основную ценность романа. Писатель рисует их яркими красками, не жалея метафор и эпитетов.
  Начинается знакомство с маркиза де Равенеля, но главные роли отведены его детям: сыну Гонтрану и дочери Христиане, а вместе с ними – зятю Вильяму Андермату и другу Полю Бретиньи. Заслуживает внимания и остальная публика, но ограничусь характеристикой основной четверки.
  Начну с Андермата, ведь это его умом и стараниями будет открыт Монт-Ориоль. По-моему, этот еврей, славившийся сравнением с человеком-автоматом для подсчетов, расчетов и всяких денежных манипуляций, гордившийся своей житейской практичностью, заслуживает более пристального внимания, ведь за фигурой расчетливого дельца скрывается добрая душа. Гонтран, повторяющий: "Когда я иду рядом со своим зятем, я слышу, ну, право же, ясно слышу, как в голове его звякают золотые монеты, точно в Монте-Карло: так вот и кажется – бросают их, подбирают, рассыпают, сгребают, выигрывают, проигрывают!", при всей своей насмешливости регулярно пользуется услугами Вильяма Андермата.
  Сам Гонтран принадлежал к числу веселых и остроумных шалопаев, которые ведут приятный образ жизни, не заботясь о других. Для него "нравственность – покров, накинутый на тайные влечения, вложенные в человека природой, а светские приличия – фасад, за которым следует скрывать приятные пороки". Он согласился на брак Христианы с Андерматом, рассчитывая иметь собственную выгоду от этого союза. Его ничуть не смущала связь сестры с другом, наоборот, он "презирал бы сестру, если бы она хранила верность мужу, как презирал бы самого себя, если бы не черпал денег из кошелька своего зятя".
  Настала пора сказать пару слов о Поле Бретиньи: поэтически настроенном молодом человеке, с возвышенными чувствами и стремительными порывами. Поклонник красоты в любом ее проявлении (природа, искусство, женщины), он, конечно же, не смог пройти мимо Христианы.

  
  – Ах, боже мой, да стоит ли жить, если нет этих бурных чувств! Не завидую тем людям, у которых сердце обросло кожей бегемота или покрыто щитом черепахи. Счастлив только тот, у кого ощущения так остры, что причиняют боль, кто воспринимает их как потрясения и наслаждается ими, как изысканным лакомством. Ведь надо осознавать все переживания, и радостные и горькие, наполнять ими душу до краев и, упиваясь ими, испытывать самое острое блаженство или самые мучительные страдания.

  Отношения этих двоих начинались как игра. Кокетливые улыбки, взгляды посылались, чтобы тешить женское самолюбие, просто потому, что она "была женщина, что совсем не сознавала опасности, ничего не предчувствовала и только хотела посмотреть, что же он будет делать".

  
  Для него, так же как и для нее, это была увлекательная забава; всевозможными маленькими знаками внимания, которые мужчины умеют изобретать, он показывал, что она все больше нравится ему, и разыгрывал роль влюбленного, еще не подозревая, что скоро влюбится не на шутку.
  Для них обоих вести эту игру во время долгих, медлительных прогулок было так же естественно, как естественно для человека, оказавшегося в знойный день на берегу реки, искупаться в прохладной воде.

  Мопассан описывает отношения Христианы и Поля в процессе развития от легкого флирта до жгучей страсти, чтобы закончить угасанием чувств и разочарованием. Не могу согласится с аннотацией к этому изданию (в других изданиях она вполне адекватная) о том, что для Христианы любовь была "искренним и серьезным чувством, а для многоопытного фата и ловеласа Поля не более, чем занятная интрижка, которую он намерен закончить, стоит приесться забаве...". Поль тоже любил искренне, возвышенно и романтично, да только относился он к тому типажу, представителям которого невыносимо видеть беременную женщину, "этот человек был из породы любовников, но совсем не из породы отцов". Большой живот вызывал у него брезгливость, напоминая в женщине животное.

  
  Она была теперь уже не редкостным, обожаемым созданием, волшебной грезой, а самкой, производительницей. И к этому эстетическому отвращению примешивалась даже чисто физическая брезгливость.

  Вот такая эстетика. Человеческие типажи и характеры, их чувства и поступки – то, что выставляет на показ, о чем заставляет задуматься Мопассан, избрав для демонстрации сцену водолечебного курорта. Классический курортный роман.

  Книгу слушала в профессиональном исполнении Юрия Заборовского.

  71

  321