Рецензия на книгу

• 

  ilfasidoroff18 января 2015 г.

  Вручая Мерфи три звезды, я чувствую себя последней жопой: нобелевским лауреатам положено, как минимум, четыре — априорно. Тем более, что несмотря на "нобель приз" у меня, тупой задницы, и руки не дошли б до Беккета, если бы не Айрис.

  Если бы не Айрис, я бы прервала чтение "Мерфи" после сорока страниц — ведь уж год почти, как осознала, что жизнь коротка, всех книжек не перечесть, не надо мучиться тем, что объективно плохо, либо тем, что плохо лично для меня. Лишь из-за Айрис я, словно мышь в давно опошленной истории, кололась, плакала, но грызла кактус.

  Мердок узнала о "Мерфи", благодаря Денису Хили (известному политическому деятелю Великобритании) — они учились в Оксфорде примерно в одно время, когда оба к тому же стали коммунистами. Ее первый роман "Под сетью" был написан под влиянием двух книг: Pierrot Mon Ami Ремона Кено и Murphy Сэмюэля Беккета. (И я теперь отчетливо вижу, насколько больше под влиянием второго, хоть сама-то она об этом, кажется, нигде не говорит, тогда как об отношении Мердок к Кено известно довольно много.) Мало того, что Джейк Донехью — это, скорее, воскресший Мерфи, нежели духовный брат Пьерро, так еще отдельные эпизоды из Беккета вошли в книги Мердок, словно там и родились. (Например, эпизод с воздушным змеем в "Черном Принце".)

  И все же читать Мердок интереснее и легче. "Мерфи" оказался таким же трудным для моего восприятия, как и "Улисс" Джойса, хоть и с преимуществом значительно меньшего объема. Для полного восприятия "Мерфи" читателю, как минимум, необходимо быть ирландцем. Поможет также знание философии, астрологии, лингвистики, математики и умение играть в шахматы.

  Беккет описывает шахматную партию между Мерфи и мистером Эндоном (пациентом стационарного учреждения для душевно-больных) ход за ходом, демонстрируя игру, в которой ни одна из фигур ни разу не пересекает середину доски. Игроки не атакуют — они лишь двигаются по кругу, избегая конфронтации. Белые сдаются — в следствие того, что Эндон, непременно и всегда играющий черными, не объявляет шаха Мерфи и даже ни в какой мере не демонстрирует атаки на белого короля. Можно сказать, что это анти-шахматная партия, и что в ней наилучшим образом отражается весь Беккетовский анти-роман в том смысле, что в нем нет (или почти нет) конфликта, нет движения-прогресса, нет эмоциональной вовлеченности. Герои ищут то, чего не находят, теряют след по ходу, порой забывают то, за чем отправлялись куда-либо.

  Несколько слов о переводах на русский. Их существует два (если не ошибаюсь), я заглядывала в оба (на сей раз не столько из лингвистических соображений, сколько в надежде получше понять текст). Наиболее близок к оригиналу перевод М. Ю. Кореневой, хотя местами и коряв. Перевод А Н Панасьева и А Асташонка-Жгировского — по сути, совсем иная книга.

  11

  378