Рецензия на книгу
Ма́лина
Ингеборг Бахман
Butenkolizabeta31 августа 2024 г.Когда-то писала эссе про это произведение, хочу здесь поделиться)
В двадцатом веке женщины становятся более эмансипированными, и, даже учитывая то, что авторы-женщины все-таки были, темы, связанные с проблемами женщин, и так называемый «женский взгляд» («female gaze»), не освещались. Началом нового этапа в такой литературе можно назвать творчество Вирджинии Вульф, особенно ее эссе «Своя комната». В данном эссе она говорит, что женщине для свободы творчества необходимы собственные деньги и пространство. За основу для своего анализа я взяла роман австрийской писательницы Ингеборг Бахман «Малина». Она творила в период после Второй мировой войны, когда все факторы для творчества, перечисленные Вирджинией Вульф, в какой-то степени были соблюдены. Этот роман был издан в 1971 году и должен был стать частью подобия «Человеческой комедии» Оноре де Бальзака, которое она хотела воплотить в жизнь и назвать «Виды смерти», но, к сожалению, не успела из-за своей кончины. Это был бы один из первых циклов произведений, объединенных между собой, которые написаны женщиной.
Начнем с автобиографических черт. Первую часть большого цикла Бахман начала от первого лица, и, учитывая сходства с биографией писательницы, прототипом была она сама. Например, любовь к родному городу Вене (который составляет для нее отдельный мир), отношения с Максом Фришем (по-видимому, прототип Ивана) и, конечно же, собственные мысли, которые до этого не были освещены мужскими авторами.
Хронология не присуща этому роману, это скорее уже известное нам определение «потока сознания». Хоть писательница и соблюдала синтаксические нормы, но прозаический текст построен новым для литературы способом. Героиня в своих воспоминаниях резко переходит от одного к другому, часто даже не завершая предыдущую мысль. Телефонные звонки написаны не как прямая речь, а в форме стихотворных строк, где не указано, чья сейчас реплика. Также интересно, что эти реплики прерваны, как будто там представлена только та информация, которую слышит главная героиня (например, ей важно, что Иван не сможет прийти, значит, дальнейшие причины ей не интересны). Произведение главной героини про принцессу является отдельной частью произведения, которые выделены графические, и представляет собой рефлексию к основной части (жизнь главной героини), написанной в форме легенды («Песнь о Нибелунгах»). В форме некой пьесы написаны диалоги девушки и Малины, обозначены роли. В конце произведения в одном из эмоциональных диалогов главных героев роман превращается в мелодию, в скобках появляются музыкальные термины и обозначения громкости, динамики и т.д.
Главная героиня является сложным героем, так как это собирательный образ, состоящий из «я», Малины, города Вены. Малина является рациональной частью личности, «я» - эмоциональной. Это можно заметить в некоторых цитатах, где он и она сравниваются (особенно в третьей части), и Малина мыслит рассудительно, а «я» начинает истерику, включает чувства. («это равновесие, это хладнокровие, которые ему присущи, рано или поздно доведут меня до отчаяния, я-то ведь реагирую во всех ситуациях, участвую в каждом смятении чувств и несу потери, которые Малина безучастно принимает к сведению», «ибо из подобных желаний в эти минуты, когда жизнь Малины начинает теснить мою, еще складывается жизнь»). Эту проблему несовместимости мужского и женского начал, которые не могут примириться, автор решает смертью одного из персонажей, а именно «я» («Это было убийство»). Все-таки в новом мире, пережившем две войны рациональное начало вытесняет эмоциональное, убивает его, не дает ему чувствовать (когда «я» хочет страдать и быть с Иваном, Малина прерывает эти связи и глубину чувств). Возможно, «я» представляет только одно чувство, и это любовь, которая умирает, не получая ответного чувства извне. Тогда убийцами можно считать тех, кто эту любовь ей не дал: Ивана (любовь-страсть, они не могли совладать друг с другом), Отца (насилие, воспоминания о котором мучает ее даже в зрелом возрасте) и, конечно, Малину. Здесь стоит отметить, что главная героиня сама понимает, что не может быть счастлива. Она говорит, что она с Иваном – «сходящиеся миры», которые вряд ли когда-то сойдутся, а с Малиной – единые, но «расходящиеся», которые не могут жить в мире. Скорее всего писательница продолжает мотивы литературы «потерянного поколения», в которой присутствовал образ мира как убийцы, который не пытается помочь человеку, а только мучает его. Это подтверждается словами «я»: «Это вечная война», когда Малина спрашивает ее про
Связь главной героини с городом Веной тоже показана неявно, это можно проследить в некоторых сравнениях (в начале улицы описываются как женщины, Вена горит незадолго до убийства «я»). Даже подпись в многочисленных письмах глубокоуважаемым господам представлена одним словом «Вена», как будто главная героиня говорит от имени этого города. Улица Унгаргассе становится в фантазии главной героини Унгаргассенляндией, где живет героиня и где она находится в безопасности, она отделяет себя от всего мира, составляет свой маленький, почти сказочный, который живет отдельно. Сама писательница ездила по разным странам и нигде не могла найти своего места, даже в родной Австрии. Видимо, эту чуждость, которая вынуждает сотворить свой собственный отдельный мир, особенно женщины в патриархальном обществе, учитывая так же ее национальность и временные рамки, Бахман и пыталась изобразить.
В произведении самой главной героини «Тайны принцессы Кагранской» так же прослеживаются параллели с главной героиней. Она так же тепло относится к своей стране, пытается ее достичь на своем коне; ее не сопровождает принц, она пытается справиться со своими проблемами сама. Но она представляет скорее мечту главной героини о свободе. В дальнейшем читателей ждут только вставки из этой легенды с надеждами о будущем всего мира («Наступит день – и они [люди] будут свободны…), а также о свободе и счастье женского пола. В конце главная героиня с таким же зачином («Жила-была») пишет легенду, но уже про себя, про свою Унгаргассенляндию и свою жажду свободы.
Важной частью романа являются идеи феминизма. Сама писательница не раз отмечала, что в «Малине» хотела показать женскую аутентичность, чтобы общественность смогла услышать ее «смелый и жалующийся голос» (К. Вольф «Франкфуртские лекции. От первого лица»). Она освещает проблему насилия женщин со стороны отца, чувства, что насильник всегда рядом, жертва видит его в разных людях и не может избавиться от этого образа. Также она говорит, что не чувствует себя причастной к общему несчастью женщин, потому что ее не насиловали по приезде в Вену после войны и защищает тех женщин, которые от страха и вины занимались проституцией.
Таким образом, Ингеборг Бахман создала философско-экзистенциальный роман, который раскрывает многие женские темы, раскрывает женское начало через аутентичность (то самый «female gaze»), начиная от каких-то бытовых тем (почтальонов, детей и т.д.) и заканчивая темами насилия, женских прав и любви. Это произведение называют первым гиноцентричным романом, ведь его центром является женщина и все, что с ней связано. Центр внимания не переносится на мужчин и их проблемы, весь мир рассматривается с одной точки зрения, и эта точка зрения – женская, что очень ново для литературного процесса.6264