Рецензия на книгу

• 

  Inok30 декабря 2014 г.

  Наверное, книгу автору помогал писать знакомый ювелир. Во всяком случае «Варавва» - это действительно ювелирная работа, в которой каждый компонент, каждая составляющая книги выверены идеально. Она не слишком длинная, что не позволяет заскучать, но и не короткая - недосказанности нет и в помине. Зачастую не блещущий эпитетами язык автора выглядит здесь как нельзя кстати. Ну, а сама рассказанная история настолько интересна, что увлекает с первой же страницы. А тому, кто начнёт вникать поглубже, откроется другая, пожалуй, самая интересная сторона романа.
  Вопросы веры и неверия, сомнения и искупления тесно переплетаются с темой судьбы Вараввы.
  Итак:
  Понтий Пилат постановил распять Христа и отпустить разбойника Варавву: (вникните: раньше абсолютно легально можно было даровать свободу убийце, - демократия). И с тех самым пор гордый одиночка Варавва оказывается незримо связан со Христом.
  Варавва хочет найти Бога, но не может или не хочет принять Его; его одновременно тянет к верующим и отталкивает от них. Как может он, никогда ни с кем не связанный никакими узами принять их самих и их Бога, даже не смотря на то, что в глубине души ему так этого хочется. Эта борьба желаний терзает Варавву. Он тянется к христианам и ненавидит их. Как понять их странное учение: "Любите друг друга"? Он одинок, одинок самым страшным давящим одиночеством. Перед ним примеры искреннего служения Богу, такие, как каторжник Саака, но внутри он слышит только: «Прочь отсюда, нечестивец!». Это его внутренняя тюрьма, которая хуже всяких внешних оков. И от собственного неверия в его душе становится всё пустынней и пустынней, и это лишь усугубляет его одиночество.
  Чужая душа потёмки. Но какие потемки должны царить в душе Вараввы?! Его трудно понять окружающим, трудно понять читателю, а может, он сам себя не понимает. А автор? Понимал ли он, что вызвал к жизни?
  И уже в конце, глубоким стариком прошедшим страшный и тяжелый путь, умирая на кресте вдали от утешительных слов Варавва, вызывая долгие читательские раздумья, говорит во тьму последние слова: «Тебе предаю я душу свою».

  19

  489