Рецензия на книгу

• 

  VadimSosedko

  22 июля 2024 г.

  О, смертная тоска, оглашающая поля и веси, широкие родные просторы! Тоска, воплощенная в диком галдении, тоска, гнусным пламенем пожирающая живое слово, низводящая когда-то живую песню к безумному вою!

  Этот роман — зеркало, сделанное искусно. Я шлифовал его долго, работая над ним усердно. Ровна поверхность моего зеркала, и чист его состав. Многократно измеренное и тщательно проверенное, оно не имеет никакой кривизны. Уродливое и прекрасное отражаются в нём одинаково точно.

  Из предисловия Фёдора Сологуба ко второму изданию романа. 1908 г.

  Что, ж... Вершина творчества писателя оказалась такой многоплановой, одновременно манящей и отталкивающей, построенной на жизни провинциальной и имеющей символический смысл. Вот об этом, пожалуй, и стоит мне поразмыслить своим скудным умишком.

  Символизм страшного сюжета.
  Видимо, любителям русской словесности не стоит лишний раз напоминать о том, что сей роман имеет вполне реальную основу. Служа в Великий Луках, писатель узнал историю учителя Ивана Ивановича Страхова, который был одержим мыслью о своём повышении в должности и переезде в столицу, но был крайне груб, туп и озлоблен ко всем окружающим. Реальная история закончилась трагически, как и закончилась история его литературного воплощения, но... Но Сологуб сумел вывести из этого не просто морализаторский реалистичный роман, а обобщённый символизм провинциального общества того времени. Не зря столько над ним работал, не зря его не хотели брать в печать, не зря потом он выдержал столько изданий. Что ж, не углубляясь в сюжет, дабы не портить удовольствие вашего личного прочтения, попробую вычленить то особенное, что и возвело эту неприглядную историю в ранг жёсткого русского символизма того времени.

  Передонов.
  Очень гадкий, мелкий и злобный человек, видящий лишь только свою выгоду во всём. Писатель вывел его образ как символ нарождающейся жестокой формы человеческого внутреннего провинциального отупения, которая сродни ненависти к окружающему миру. Он начисто лишён каких-либо положительных качеств. Он не способен любить кого - либо и лишь чётко понимает своё положение в обществе, стараясь во всём извлечь выгоду.

  
  Его чувства были тупы, и сознание его было растлевающим и умертвляющим аппаратом, всё доходящее до его сознания претворялось в мерзость и грязь. В предметах ему бросались в глаза неисправности, и радовали его. У него не было любимых предметов, как не было любимых людей, — и потому природа могла только в одну сторону действовать на его чувства, только угнетать их. Также и встречи с людьми. Особенно с чужими и незнакомыми, которым нельзя сказать грубость. Быть счастливым для него значило ничего не делать и, замкнувшись от мира, ублажать свою утробу.

  Провинция.
  Серые однообразные будни пыльного провинциального городка в романе становятся не просто описанием скучной жизни, а символом всей провинциальной России, живущей не просто бедно материально, но убого и духовно. Именно такая атмосфера и способна дать питательные вещества всем тем порокам, что, как сорняки, выросли в неимоверных количествах и разнообразии. В конце повествования читатель уже не столько ужасается самому Передонову, сколько отношением к нему всех окружающих. Это точно описал критик Боцяновский:

  
  Под конец романа, вас уже страшит не этот маньяк, не сам Передонов, а то общество, которое нисколько не лучше его. Матери и невесты наперебой стараются его залучить в свою семью. Окружающие преспокойно с ним уживаются. Пусть всем известно, что эти люди, быть может, нередко даже просто психически ненормальны, но с ними считаются.

  Недотыкомка.
  Пожалуй, самый зримый, немного фольклорный, но сумеречный образ неведомого человеческого страха перед грядущей вечной темнотой. Символ внутреннего животного и необъяснимого страха, введённый в роман, был, видимо, знаком не понаслышке и самому писателю. Не зря же он написал стихотворение "Недотыкомка серая" во время работы над этой книгой. Теперь даже принято соотносить этот символ страха с самим автором, вложившим многое из своего личного в внутренний мир героя.

  
  

  Недотыкомка серая
  Всё вокруг меня вьётся да вертится, —
  То не Лихо ль со мною очертится
  Во единый погибельный круг?

  Недотыкомка серая
  Истомила коварной улыбкою,
  Истомила присядкою зыбкою, —
  Помоги мне, таинственный друг!

  Недотыкомку серую
  Отгони ты волшебными чарами,
  Или наотмашь, что ли, ударами,
  Или словом заветным каким.

  Недотыкомку серую
  Хоть со мной умертви ты, ехидную,
  Чтоб она хоть в тоску панихидную
  Не ругалась над прахом моим.

  Пожалуй, остановлюсь. Пожалуй, оставлю историю развития отношений между молодыми Сашей Пыльниковым и Людмилы Рутиловой (какие символические фамилии) тем, кто ещё не читал этот роман. Попробуйте сами вычленить из их истории отношений те символы молодой и провинциальной жизни, которые и сейчас вряд ли утратили социальную и психологическую актуальность.
  Вот, вроде бы и всё. Чрезмерное количество букв в рецензии ведь тоже ни к чему.
  Потому лишь добавлю талантливую экранизацию Николая Досталя, где роль Варвары очень хорошо исполнила моя землячка Ирина Розанова.

  01:42:48

  18 понравилось

  592