Рецензия на книгу
Бегущий за ветром
Халед Хоссейни
GrafEdmonDantes19 декабря 2014 г.Когда я прочитал первое нелицеприятное упоминание о русских, подумал: что этот афганец себе позволяет? Затем капля за каплей стакан наполнился моим негодованием, в итоге перевалив через край. Но стоит отдать должное. Всё это побудило меня разобраться в вопросе, кто прав? Хотя бы попытаться. Покопался в интернете, расспросил людей, поживших на свете поболей моего, и услышал диаметрально противоположные мнения. От того, что наши вели себя как последние шакалы и отморозки, до того, что наши герои с большой буквы, выполнившие с честью свой священный долг перед Родиной. Уже тогда во всю начавшаяся информационная война, продолжающаяся, по сей день, не позволяет мне сложить этот паззл воедино в своём сознании. Одно я понял, точно, наше вторжение было не причиной, а следствием и обвинять нас во всех смертных грехах не правильно. Принимая эмоциональную составляющую автора во внимание, я сопереживаю ему, но остаюсь верен интересам своего народа.
Вообще было очень интересно узнать про Афганистан, его культуру, обычаи, повседневную жизнь. Мне-то всегда казалось, что местное население испокон веку жили в пещерах и питались солнечным светом, ан-нет, это тоже люди, со своими радостями и горестями, эмоциями, характером. Они тоже хотят любить и жить счастливо.
К вопросу о религии… Некоторое время назад, я отлучил себя от церкви (образно говоря, договорившись сам с собой). И с каждым разом только укрепляюсь в этой позиции. Сколько зла произошло от всех этих священных войн, крестовых походов и зачисток направленных на неверных. Суниты, шииты, хазара...просто смешно, когда один человек выше другого только исходя из каких-то исторических понятий. Человек свободен от рождения, в известном смысле… Как минимум у него должны быть равные возможности. Поэтому пусть горит огнём всё это затуманивание мозгов, и я сейчас не только насчет ислама, но также христианства и иже с ними. Человек с добром и любовью в сердце останется достойным без молитв, постов и разбивания головы о твердь земную.
Ну и сама история меня захватила. Пусть она скатилась под конец с серпантина, где—то на пути к Исламабаду, пусть… Но я был в там стоя с рогаткой в руке, был в тёмном переулке и боялся помочь своему другу, венчался с Сораей, заботился об отце в последние дни, нажимал на курок калашникова в саду, восстанавливался в больнице после побоев и запускал воздушного змея на радость миру.218