Рецензия на книгу

• 

  Sest16 июля 2024 г.

  Это всего лишь сон

  Начать рассказ о Борисе Виане я хочу с такой истории. Романы Бориса Виана были не особо популярны при его жизни. Они были непонятны, сложны, а для широкой публики бессмысленны. Хотя в определенных эстетских кругах он имел серьезную популярность. Прижизненная слава литератора пришла к Виану откуда не ждали. В конце сороковых на волне популярности Генри Миллера Виан в сговоре с издателем написал и опубликовал идеальную американскую чернуху с ярким названием «Я приду плюнуть на ваши могилы». Книга была опубликована под псевдонимом Вернон Салливан, у автора даже была какая-то легенда его несчастной жизни, а Борис выступал якобы исключительно в роли переводчика. Роман произвел фурор и набрал бешеную популярность. Там все было легко и просто, много секса и кровищи. До раскрытия обмана было опубликовано еще несколько книг с броскими названиями типа «Уничтожим всех уродов».

  Главные романы Бориса Виана так и не стали популярными при его жизни. Мода на них пришла уже в шестидесятых, вместе с модой на бунтарство, модернизм и эпатаж. Не то чтобы он опередил время, просто для широкой популярности, если ты не Донцова, надо попасть в какую-то нужную волну. Эта волна пришла уже после его смерти.

  Борис был не только писателем. Его главная страсть – музыка. Он играл на трубе, выступал с оркестром, был очень неплохим музыкантом. Ближе к концу жизни он запел. Не то что это какие-то выдающиеся произведения, однако они вполне в классической традиции французского шансона. Однако Серж Генсбур считал, что он занялся авторской песней под сильным влиянием Виана. Другое дело, что пение давалось Борису непросто, это скорее речитатив, чем пение.

  Дело в том, что с детства у Вина был диагностирован порок сердца. Врачи запрещали ему играть на трубе, все что он делал было скорее вопреки. Когда он запел, а было это уже в конце жизни, дыхания почти не осталось. И прожил он в итоге всего сорок лет.

  Смерть его тоже была какая-то виановская. Умер он во время просмотра фильма, снятого по его (вернее Вернона Салливана) произведению. Сценарий ему не нравился, он разругался с кинопроизводителем и был изгнан из труппы. Он пришел посмотреть, что же получилось, как простой зритель. Сердце Виана вынесло всего десять минут просмотра.

  Роман «Пена дней» написан в 1948 году. Считается, что Виан писал его две недели. Абсолютно верю этому.

  Отношение к этому роману или-или. Или гениально – или бред. Восторженные почитатели считают противников неотесанным и необразованным быдлом, неспособным воспринять прекрасное. Противники романа считают почитателей кривляющимися эстетами или, как говорил Никита Сергеевич художникам-авангардистам «педерасты проклятые». Это логично, в принципе. Это модернистский роман, кто обещал, что будет легко?

  Сюжет. Богатый молодой человек живет себе в своем небольшом кругу друзей, вкусно ест, сладко спит, а затем влюбляется, женится. Далее все летит к херам.

  Роман достаточно строго поделен на две части. Период расцвета – период распада. Есть даже точка этого перелома.

  По сюжету тут как раз вопросов нет и не может быть. Тут все понятно как раз – богатая жизнь, любовь, жертвы любви, нищета. Да, это роман всего лишь о любви. И немного о саморазрушении за истинные и ложные идеи. Тут вопрос конечно не в сюжете. И даже не в идеях.

  Есть такое слово – миры. Мир Толкиена. Мир Звездных войн. Мир колобка в конце концов. На первый взгляд, для рассуждения об этом романе идеально подходит словосочетание «Миры Бориса Виана». Однако это сосем не так. Миры должны быть подчинены некой логике. Любой, даже самой странной. В романах Виана нет логики построения окружающего мира. Сюжетная есть. Логики мира нет. Все что происходит вокруг героев – одномоментно и ситуативно. Это как сон, понимаете? У сна нет логики, есть мгновенное бессознательное пожелание спящего увидеть то или иное. У Виана все именно так. Никогда не ждите каких-то логических разъяснений. Если комната в доме скруглилась, то это потому, что тут слушали Дюка Эллингтона. Если уменьшилась, то тут болеют. А если мимо пролетает человек на коньках, то он размажется об стену. У пианоктейль выдаст Вам напиток со вкусом джаза. А мышка очистит лапками умирающую плитку и покончит с собой. Это сон, не более.

  Однако Виан не просто спит. Он спит в контексте того, что происходит в реальном мире. С этим как раз самая большая проблема для меня как читателя. Он все время на что-то намекает мне, человеку, живущему через 70 лет после написания. А я ни хрена не понимаю, слишком сложно для меня. И если появление Жана-Соля Партра я могу как-то осознать и понять (хотя бы путем ознакомления с его творчеством, что мне еще предстоит), то подавляющее большинство его намеков проходят мимо и остается лишь читать, удивляться и разгадывать смыслы. Интересно, что сам Жан-Поль Сартр, сатиру на которого мы наблюдаем, с восторгом принял роман и печатал его в своем журнале.

  А еще в романе большой антицерковный акцент. Надо сказать, что тут прям сатира крепкая, злая и яркая. Особенно сцена на похоронах, это конечно кошмар что такое. Уж не знаю как все это воспринималось тогда, думаю что много у Виана врагов было.

  Еще одна легко считываемая сатира – богатые и бедные. Отношение к работе «Почему вы работаете вместо того, чтобы жить? Лучше сделайте роботов, пусть они работают за Вас». «Ты такая красивая, ты не должна и не можешь работать». Главный герой романа до поры до времени не работает, а деньги берет из сейфа (вспоминается анекдот про деньги из тумбочки). Как они туда попали мы не знаем, но потом деньги заканчиваются.

  Вообще стиль романа, стиль абсурда, становится несколько однообразным в конце. Уже можно угадать не только сюжет, но и какие еще странности будут вокруг героя. Сначала – поражает. Потом – привыкаешь. И скажу парадоксальную штуку – это огромная победа Виана-писателя. Потому что в итоге обычный читатель настолько вживается в его абсурд, что абсурд становится нормальной, рутинной жизнью.

  Резюмируем – это очень занятно, очень познавательно в плане того какая может быть литература. Но я не уверен, что это прям обязательно к чтению, потому что основной контекст для обычного читателя утерян. Ну и, конечно, нужен правильный настрой.

  10

  553