Рецензия на книгу

• 

  Razanovo13 июля 2024 г.

  Неопределенность и нерешительность

  "Американская трагедия" - очень известное произведение, про него говорят в разных книжных блогах и не книжных, есть несколько экранизаций, в том числе хорошая советская, поэтому сюжет романа бывает известен и тем, кто его не читал. Так получилось и со мной, как-то в видео, которое я смотрел на известном видеохостинге, беседуя на какую-то тему один из участников в качестве примера привел судьбу Клайда Гриффитса, рассказав буквально в нескольких фразах содержание 900-страничного романа Теодора Драйзера . Так что саму основу истории я знал, про Клайда, про его мечты, про двух девушек, одну из которых он укатал на лодочке, про суд, но приговор и, соответственно, остался ли Клайд жив я не помнил.

  Действительно пересказ сюжета огромного по объему романа не занял бы много времени, но как же прекрасно пишет Драйзер, в романе нет никакой воды, он нисколько не затянут. Знание сюжета нисколько не мешает получать удовольствие от книги, потому что она не про то, что сделал Клайд, а про то кто он и как он постепенно разрушил свою жизнь. Читая книгу, полностью втягиваешься во все переживания и мысли Клайда и понимаешь какой же это жалкий и никчемный человек.

  Бедный человек хочет стать богатым, пробиться из низов в верхние слои общества - подобный сюжет не нов, об этом писали, пишут и будут писать ( Теодор Драйзер - Финансист , Ги де Мопассан - Милый друг , Эжен де Растиньяк в романах Бальзака и так далее), но трудно вспомнить более безынициативного, пассивного, трусливого и, не вызывающего никакого сочувствия, персонажа как Клайд Гриффитс. В третьей части романа адвокаты Клайда Белнеп и Джефсон пытаются выработать линию защиты, которая бы убедила присяжных в невиновности Клайда и, одновременно, объяснила бы его поведение перед, во время и после трагедии на озере. Джефсон говорит

  
  — И поэтому он в испуге удирает. Он ведь по природе своей трус — мы это будем доказывать с самого начала. Он непременно хочет сохранить хорошие отношения с дядек и свое положение в обществе. Разве этим нельзя все объяснить?

  Джефсон допускает юридическую невиновность Клайда, даже в тот момент верит в неё, но он совершенно точно раскусил гнилую сущность Клайда, она для Джефсона очевидна.

  Само стремление Клайда выбраться наверх вполне объяснимо и нормально и реализовать его можно по-разному - с помощью таланта, упорного труда, хитрости, обмана, подлости - все зависит от моральных установок и способностей. В любом случае на пути к успеху необходимо что-то предпринимать, необходимо действовать, необходимо решать. Клайд на протяжении всего романа ведет себя как полный тюфяк, он боится поступков, он в ожидании. В ожидании, что его такого красивого пригласят в рай, где он будет кататься на дорогих автомобилях, играть в теннис, гольф, красиво одеваться, проводить время в обществе преуспевающих мужчин и женщин. Клайд считает себя достойным лучшего, при этом ничего из себя не представляя.

  
  промедление, опять уклончивость… всегдашняя, такая характерная для Клайда неопределенность и нерешительность

  Именно разрыв между дерзкими мечтами Клайда и скромными возможностями его характера приводят к трагедии.

  Ничтожество Клайда особенно ярко проявляется в его амурных делах. На протяжении романа Клайд сильно влюбляется в трёх девушек: Гортензию Биггз, Роберту Олден и Сондру Финчли, точнее он думает, что влюбляется. Гортензия единственная быстро раскусила подлую, трусливую душёнку Клайда и, будучи девушкой с невысокой социальной ответственностью, воспользовалась мальчиком не стесняясь.

  Роберту жалко, но ничего не поделаешь, простушки с великодушным характером плохо заканчивают в произведениях классической литературы. Клайд по-началу ни о чем нехорошем не думал, он, как обычно, думал о себе, но ядерная смесь тщеславия, душевной низости и полного бессилия привела к трагедии.

  
  Это было временное оцепенение, момент равновесия между двумя одинаково властными стремлениями: действовать и не действовать. Зрачки Клайда расширились и потемнели; лицо, и руки, и все тело конвульсивно сжались; его неподвижность и душевное оцепенение становились все более и более зловещими, но означали, в сущности, не жестокую смелую волю к убийству, а только столбняк или судорогу.

  Клайд остается верен себе в любой ситуации: трусость и безволие. Одно радует, Роберта все же встала гаду поперек горла (как же я желал Клайду такого финала, какой в книге, Драйзер не подвел).

  Что касается великой любви Клайда к Сондре, в которую Клайд даже сам себя заставляет поверить по ходу романа, то многое говорит эпизод в романе, когда Клайд пытается уговорить Сондру сбежать с ним

  
  Клайд, восхищенный и удивленный этим вторым, столь решительным изъявлением ее чувств, воспламененный мыслью, что именно теперь он может предложить ей бегство и брак и, значит, избавиться от нависшей над ним угрозы, смотрел на Сондру с тревожной надеждой и страхом. Ведь она может отказать, может сразу перемениться, шокированная его неожиданным предложением. И потом у него нет денег, и он не представляет себе, куда они могли бы уехать, если бы она согласилась. Но, может быть, она что-нибудь придумает? Если уж она согласится, так почему бы ей не помочь ему? Это ясно. Во всяком случае, он должен заговорить, а там — будь что будет! И он начал:
  — А почему бы вам не уехать со мной теперь же, Сондра, дорогая? До осени еще так далеко, а я так люблю вас! Давайте уедем? Все равно, ваша мама никогда не позволит вам выйти за меня замуж. Но если мы уедем теперь, она ничего не сможет сделать. А после, через несколько месяцев, вы ей напишете, и она вас простит. Уедем, Сондра?

  Клайд хочет, чтобы семнадцатилетняя девушка решила все его проблемы, и, обязательно, чтобы потом ее родители простили и приняли Клайда, вариант жить с Сондрой в шалаше Клайд не рассматривает. Если с Гортензией и Робертой Клайд просто хотел трахаться, то к Сондре у него бубновый интерес, она его билет в бизнес-класс. Но ничего не выгорело, нет напора, Клайд мямля, действует без выдумки, без огонька.

  Есть мнение, что Драйзер назвал трагедию в книге американской, так как считал безудержное стремление к материальному благополучию любой ценой отличительной чертой американского характера и американского образа жизни. Я так не думаю, Клайд - универсальный мудак, провинциальное ханжество и великосветский снобизм также вряд ли привилегия США.

  Роман Драйзера великолепное классическое произведение, где повествование ведется простым и понятным языком, автор никуда не торопится, пишет подробно и обстоятельно, при этом читать "Американскую трагедию" не скучно, ни разу у меня не возникло желание пропустить какой-то кусок, вторая половина романа - вообще не оторваться.

  44

  1,4K