Рецензия на книгу

• 

  McbeathCaserne2 июля 2024 г.

  Дмитрий Санин - альтер-эго Тургенева?

  Я шел среди высоких гор,
  Вдоль светлых рек и по долинам.
  И все, что ни встречал мой взор,
  Мне говорило об едином:
  Я был любим! любим я был!
  Я все другое позабыл! Сияло небо надо мной,
  Шумели листья, птицы пели…
  И тучки резвой чередой
  Куда-то весело летели…
  Дышало счастьем все кругом,
  Но сердце не нуждалось в нем.Меня несла, несла волна,
  Широкая, как волны моря!
  В душе стояла тишина
  Превыше радости и горя…
  Едва себя я сознавал:
  Мне целый мир принадлежал! Зачем не умер я тогда?
  Зачем потом мы оба жили?
  Пришли года… прошли года —
  И ничего не подарили,
  Что б было слаще и ясней
  Тех глупых и блаженных дней.
  
  Иван Тургенев, 1878 г.

  Это стихотворение невозможно понять вполне, не прочитав это великолепное произведение.

  "Вешние воды" выгодно отличаются от классического и самого знаменитого произведения автора "Записки охотника". Здесь присутствует азарт и дикость, характерные для «Коломбо» Проспера Мериме, что придаёт роману неповторимую динамику и энергию. Тургенев, крайне ярко, демонстрирует свой дар слова, погружая нас в историю, где страсти и эмоции играют первостепенную роль. К тому же он описывает свои личные переживания.

  Ошеломительное богатство языка вкупе с безукоризненно раскрытым внутренним миром героев, яркой саморефлексией и тем, как безупречно умно оное написано. Ясно становится, от чего Достоевский так ругал себя за "грубый и топорный язык", ведь в сравнении с именитыми современниками, разница видна невооруженным глазом.

  Рассказ ведется от лица барина, владельца поместий и душ. Книга написана для таких же. Естественно, на более утонченной почве, т.е. для интеллигентных барчат. А все таки, это произведение вполне годится чтобы отнести его к "вечному искусству", потому как это по-настоящему красиво, живо и ярко, вклинивается в сознание. Довольно редкая фабула. Протагонист - добродетельная "святая простота", который, чем дальше, тем больше, падает в пучину нечистот. Страсти сбили его с пути, а жизнь сломала, перекроив на новый лад.

  Антикрепостнические настроения автора проявляются очень аккуратно и почтительно, в паре строк. Но это сделано столь умело, что их оказывается достаточно, чтобы "крепостнические" настроения, сразу вызывали в читателях чувство чего-то из ряда вон выходящего, отсталого, и даже вульгарно-дикого.

  Очень трогательная работа, актуальная и в современности.

  Несколько занятных отрывков:

  "Первая любовь -- та же революция: однообразно-правильный строй сложившейся жизни разбит и разрушен в одно мгновенье, молодость стоит на баррикаде, высоко вьется ее яркое знамя, и что бы там впереди ее ни ждало -- смерть или новая жизнь, -- всему она шлет свой восторженный привет."

  "Когда же это все кончится?
  Слабые люди никогда сами не кончают -- все ждут конца."

  "Ему было очень хорошо. В однообразно тихом и плавном течении жизни таятся великие прелести -- и он предавался им с наслаждением, не требуя ничего особенного от настоящего дня, но и не думая о завтрашнем, не вспоминая о вчерашнем. Чего стоила одна близость такой девушки, какова была Джемма! Он скоро расстанется с нею и, вероятно, навсегда; но пока один и тот же челнок, как в Уландовом романсе, несет их по жизненным укрощенным струям -- радуйся, наслаждайся, путешественник! И все казалось приятным и милым счастливому путешественнику."

  "Она медленно перебирала и крутила эти безответные волосы, сама вся выпрямилась, на губах змеилось торжество -- а глаза, широкие и светлые до белизны, выражали одну безжалостную тупость и сытость победы. У ястреба, который когтит пойманную птицу, такие бывают глаза."

  12

  457