Рецензия на книгу

• 

  floformichele30 июня 2024 г.

  Инцест — дело семейное

  Ну что тут можно сказать, Дюма — все тот же старый добрый Дюма. Скандалы, интриги, расследования, бессмысленные и беспощадные смерти, тайны французского двора — все это вы найдете не только на страницах этого романа, но и во всем его творчестве, однако речь все-таки о «Двух Дианах».
  
  Начнем, пожалуй, сначала. Встречаем главного героя — будущего рыцаря без страха и упрека Габриэля де Монтгомери, который — внимание! — еще не знает, что он Монтгомери, и тем более, что он де. Значит, знатных кровей. Когда же его кормилица рассказывает ему о его происхождении, Габриэль мчится к своей 12-летней названой невесте поделиться радостью, но — о ужас! — обнаруживает, что она, оказывается, по приказу короля вышла замуж за богатого старика, а значит, им придется расстаться. Что они, собственно, и делают, чтобы позже встретиться через шесть лет.
  
  Если честно, читать было все-таки довольно тяжело и муторно, в 14 лет, когда читала «Трех мушкетеров», такой стиль, когда герои тебе в монологах описывают, что произошло с ними или государством за последние, скажем, полгода, был чем-то новым и удивительным, но стал утомительным и, признаюсь, временами очень скучным сейчас. Не знаю, то ли я постарела и чутка потупела, то ли наоборот, но тем не менее не могу сказать, что чтение было очень уж увлекательное.
  
  В целом и сюжет, и персонажи были довольно предсказуемы, если до этого ты читал что-то у Дюма. С момента появления Габриэля и первой Дианы стало понятно, что они будут безрассудно благородными (а Габриэль под конец вообще слепил своим белым пальто), преданными и благочестивыми. И умрут, разумеется, куда ж без этого. В принципе с этого момента читать стало кисло: с одной стороны, понятно, Дюма это Дюма, и учитывая эпоху, в которой он писал, ждать чего-то большего (скажем, главных героев с серой моралью) — глупо, однако я все равно солилась и на героев (и на почти полное отсутствие взаимодействия Дианы и Габриэля на протяжении всего романа, хотя там така любовь, така любовь, что и убиться, и утопиться, и королевство с ног на голову перевернуть), и на концовку. Видимо, все же не в тот момент попала ко мне эта книга, иногда прям хочется почитать чего-нибудь такого знакомого, а иногда — ну тоска смертная, хоть иди в болоте топись. Вот тут, к сожалению, произошел второй случай.
  
  Интересно было читать (и то время от времени) только те части, в которых были дворцовые интриги. Фаворитка короля, тайна рождения, кто хороший, кто плохой, а завоюй мне город, но у нас есть город дома, нет, хочу завоеванный, отец в Бастилии — горе в семье. Ну знаете. Все вот это вот.
  
  Тухлее же всего шли части про осаду Кале. Мне помогло только то, что, как я уже сказала, я читала Дюма до этого, поэтому какие-то остаточные впечатления и знания у меня остались и было легче воспринимать все эти политические перипетии. Он зэ азер хэнд, опять же, похоже, и войн, и рыцарских турниров с трагическим исходом, и дев в беде, и монастырей, и гугенотов, господи прости, мне с лихвой хватило в 14, и недостатка в них я в последнее время как-то не чувствовала.
  
  Олл ин олл, я честно не могу сказать, что какая-то сюжетная линия или какой-то персонаж или персонажка мне понравились больше, чем остальные, чем-то особенно запомнились или вызывали хоть чуточку переживаний. Возможно, в другое время, или место, или настроение, этот роман мне бы зашел, а так — ноуп. Отрицательные герои по-прежнему порой просто комически отрицательны (хотя, признаюсь, Диану де Пуатье я воспринимала куда спокойнее, чем ту же Миледи, когда я была горячее и моложе) — настолько, что глаза закатывались и не выкатывались обратно, главные (и, разумеется, положительные) герои по-прежнему хороши, безгрешны и в данном случае неинтересны, и даже интрига с инцестуальным мотивом дела не спасла. Единственный более-менее прикольный чел был слуга-не-то-чтобы-слуга Габриэля. Зэтс олл.
  
  Концовка, как я уже упомянула, печальная, но под эту концовку все настолько было затянуто, что, если честно, когда дело долшо до Зэ Трагедии, заключавшейся в том, что Диана — божечки-кошечки — умерла даже раньше Габриэля, так и не узнав, что же с ним случилось, от градуса пафоса хотелось не плакать, а смеяться. Ну и выдохнуть, что оно кончилось.
  
  

  9

  799