Рецензия на книгу

• 

  Krivetka_chi30 июня 2024 г.

  Я еще так молод, а все кончилось.

  «Если хотите знать, когда Чернобыль станет безопасным, то период полураспада плутония-239 двадцать четыре тысячи лет. Мы до этого не доживем»

  Для меня не так страшно звучит Чернобыльская АЭС, как город Припять, просто произнося, у меня бегут мурашки. Книга за написанием которой стоит огромный пласт работы, от этого она очень интересная и погружающая. Это не только историческая книга, но и репортаж. Чтобы воссоздать непосредственные впечатления о чернобыльской катастрофе, автор брал интервью у видевших все собственными глазами.

  Чего я не ожидала, что история начнётся с котлована для будущей станции. С одной стороны - ничего себе, а с другой - ну, ёмае. Будущая атомная станция должна была стать не только первой на территории Украины. Это был выход на новый рубеж: никогда еще Министерство энергетики не строило атомные станции с нуля. Параллельно строился и город Припять. Получить работу на новой станции было очень почетно и можно было рассчитывать на перспективы. Молодые специалисты приезжали и заводили семьи. Средний возраст жителей Припяти не превышал 26 лет, более трети составляли дети. В распоряжении молодых семей было пять школ, три плавательных бассейна, 35 игровых площадок и песчаные пляжи по берегам реки. Проектировщики позаботились о сохранении лесного окружения – каждый квартал был обсажен деревьями. Здания и открытые пространства были украшены скульптурами и впечатляющими мозаиками, изображающими торжество науки и техники.

  Немного затемним всю эту радужную картину. Строительство четвертого, наиболее современного реактора Чернобыльской станции близилось к завершению, а длительная проверка безопасности турбин еще не проводилась, крышу турбинного зала станции залили легковоспламеняющимся битумом. Давайте быстрее, нужно ускориться, сроки горят, важно ведь закончить вовремя. Некачественные и дешевые материалы, закрывание глаз на проблемы. Хороша песня, начинай сначала. Слой за слоем и получается катастрофа.

  В книге мы проживаем отрезок времени с вечера пятницы 25 апреля по воскресенье. Это так необычно, я как будто не читала, а находилась рядом. Автор знакомит с каждым ключевым сотрудником, его прошлым и как он себя вел и чувствовал. Все три дня были мной прожиты, и я испытала полный спектр эмоций.

  Реактора № 4 больше не было. На его месте продолжал тлеть вулкан из уранового топлива и графита – радиоактивный жар, который, как выяснится, почти невозможно погасить.

  Сразу вспоминается запись телефонного звонка, уже не помню в каком фильме я ее слышала, но как будто подсознание вытолкнуло.
  

  • что у вас там горит?
  • А там люди есть?
  • да.

    Температура внутри реактора выросла до 4650 °С – немногим меньше, чем на поверхности Солнца

  
  Почти 7 т уранового топлива вместе с обломками управляющих стержней, циркониевых каналов и графитных блоков были измельчены в пыль и взлетели высоко в атмосферу, сформировав смесь газов и аэрозолей, несущих радиоизотопы, включая йод-131, нептуний-239, цезий-137, стронций-90 и плутоний-239 – одни из самых опасных известных нам веществ.

  
  Он хочет поговорить с тобой. Говори то же, что я сказал.
  – Я не согласен с тем, что говорит Борис Евдокимович, – сказал Скляров. – Нужно всех эвакуировать.
  Щербина выхватил у него из рук трубку.
  – Он паникер! – закричал он Щербицкому. – Как вы собираетесь эвакуировать всех этих людей? Мы опозоримся перед всем миром!

  В 10 часов утра в воскресенье, через 32 часа после начала катастрофы, Борис Щербина собрал центральный и местный партийный персонал в помещениях горкома в «Белом доме. В конце концов он дал команду эвакуировать Припять.

  Первая часть пахнет растерянностью людей, совершением неправильных поступков, поезд начал замедляться, а люди бегут с той же скоростью. Многие уже видели масштабы разрушений вокруг 4-го блока и все равно были не способны – или просто не хотели – принять правду. Однако рефлексы секретности и паранойи были глубоко внедрены в сознание. Правда об инцидентах любого рода, которые могли нанести ущерб престижу страны или вызвать панику, всегда скрывалась.

  Вторая часть – это паника и непонимание. Растерянность, такая сильная, что она передается через книгу. Я полностью ощутила это чувство общей паники и безвыходности. Ликвидаторы, тысячи молодых людей которых завозили в зону отчуждения для устранения радиационных обломков. Это смерти героических людей в течении месяца и тысяча смертей после, масштаб ужаса необъятен. Умер 31 человек. Это число погибших при аварии станет официальным. Любые цифры выше будут рассматриваться как западная пропаганда.

  Попытки что-то сделать с этим адским местом, тысячи людей получали облучение, чтобы принести песчинки пользы. Состояние, в котором опускаются руки.

  «Но они ничего не предпринимали»
  И это так часто было написано. Радиация растёт, они делают замеры, но они ничего не предпринимали. Была вероятность повторного взрыва и опять они ничего не предпринимали. Облако смерти 1 мая подгоняемое ветром поплыло на Киев, они ничего не предпринимали…

  
  Наталья взяла слайды и фотографии, включая ту, где они с Александром позировали в шляпах на его день рождения в прошлом году, и смешные стихи, которые написал тогда их сосед. Другие жильцы, в торопливой борьбе полезного с дорогим сердцу, собрали такие же случайные пожитки – от столовых приборов до научно-фантастических романов. У приехавших было не более четырех часов, чтобы решить, что спасти из их прошлой жизни, прежде чем вернуться в автобус.

  "Реактор РБМК работает на уране-235. Каждый атом урана-235, как пуля, движется практически со скоростью света, проникая сквозь все на своем пути: дерево, метал, бетон, плоть. В грамме урана-235 содержится свыше миллиарда триллионов таких пуль. Всего лишь в одном грамме. В Чернобыле его свыше трех миллионов грамм, и он сейчас горит! Ветер разнесет радиоактивные частички по всему континенту, с дождем они прольются на нас. Это три миллиона миллиардов триллионов пуль в воздухе, которым мы дышим, в воде, которую мы пьем, в продуктах, которые мы едим. Большинство таких «пуль» будут летать еще сто лет, а некоторые и пятьдесят тысяч лет."

  Героизм операторов, пожарных и простых молодых людей, каждый кто умер в мучениях. Это не должно быть забыто.

  9

  86