Рецензия на книгу

• 

  likasladkovskaya3 декабря 2014 г.

  Как все было( вольное сочинение об истории написания сего творения)
  Просьба к любителям творчества Питера Хега, а таковых много, принять мою рецензию как выражение субьективного мнения.

  Однажды Питер Хег путешествовал по необьятной России и решил узнать, насколько же она необьятна. Спросил он у местных жителей, а ему и говорят: ''Настолько она необьятна, что выложить матушку нашу можно только детективами Дарьи Донцовой, коли испросить поклонников ее принять участие в сем труде да задействовать творения ее из частных собраний. Подивился любезнейший скандинав ее популярности( да простят мне не заморские словечки, да не привлекут ко ответу по законамъ российскимъ). И воззавидовал страстно, одолела его дума крепкая, горестная...
  Смолкает балалайка, Питер Хег возвращается на Родину в глубоких раздумьях.
  Он узнает, что сюжет с крутыми парнями, загадочными джентельменами, блондинками с 5-м размером груди и даже очаровательными, безобидными старушками избит. Хотел он о ребенке-вундеркинде написать, да его Алан Брэдли опередил.
  Тогда его выбор пал на мужественную женщину 37 лет, на стыке двух культур - прогрессивной западноевропейской и девственной примитивной гренладской, закоренелую феминистку, ''старую деву'', охотницу, дочку богатейшего человека, даму с неоконченным образованием, научного сотрудника, специалиста в математике, биологии, инженерии, науке о льдах, спортсменку, марксистску и просто красавицу( в представлениях гренландцев и ещё одного персонажа, далее именуемого механиком) - Смиллу Ясперсен.
  

  
  
  

  К своей пространственной свободе я отношусь так же, как по моим наблюдениям мужчины относятся к своим яичкам. Я баюкаю ее, как грудного ребенка, и поклоняюсь ей, как богине.

  Сюжет закручивается вокруг, на первый взгляд, естественной смерти ее единственного друга - мальчика-асоциала, сына пьющей женщины, ясно,что одинокого, ясно, что заброшеного, - наступившей вследствие падения с высоты. Тело бы похоронили, дело бы закрыли, если бы не третий персонаж романа ее чувство снега. Смилла прочла следы на снегу, а также не забыла существенную деталь, состоящую в том , что ребёнок панически боялся высоты, на четвёртый этаж с трудом поднимался, какая уж тут крыша.
  Дальше Питер решил немного отдохнуть от писательского труда и включил порно, видимо, попалась ему детская порнография, что отразилось в произведении.
  У ребёнка была лёгкая эрекция, упирающаяся в бедро Смиллы, а она любила раздеваться перед зеркалом после общения с ним. В основном же, все целомудренно.
  Дальше больше. Появляется сантехник, простите, механик, тут уже постарались порно немецкого производства. Во избежание неприличных цитат, скажу, в этих отношениях доминировала она, оторвалась за прошлые монашеские годы.
  Затем Питер включил телевизор и обнаружил там чудесный чудесный блокбастер, шедший сразу, сорри за спойлер, за новостями о ликвидации крупной партии тяжёлых наркотиков. Смилла превращается, если не в ''крепкий орешек'', то хотя бы в ''Женщину-кошку'', кстати, раны у неё заживают также быстро.
  Затем телевизор стал передавать научную передачу, имеющую своей целью выявление потенциальных сумасшедших зрителей, об особенностях метеоритов и создании живого тела из неживого вещества. Обрадованный автор не примянул включить это в сюжет.
  К счастью, он также решил заглянуть в Википедию, благодаря чему я наконец-то узнала,почему у северных народов более 20 названий на обозначение видов снега и даже смутно представила себе, как они их различают. Также он потрудился над специальным техническим словарем для моряков. Но явно прерывался на кулинарную передачу, что снова круто изменило стиль повествования.
  Также стоит порадоваться, что как человек, не лишенный интеллекта, Питер Хег склонен к философским рассуждениям, среди которых попадаются на редкость удачные, но есть в них нечто родственное с Коэльо. Они хороши для цитат в контакте, но ничтожны в километрах текста практически также, как корабль, затиснутый во льдах Северного моря. Вот некоторые жемчужины.
  

  
  

  
  Влюбленности придают слишком большое значение. На 45 процентов влюбленность состоит из страха, что вас отвергнут, на 45 процентов — из маниакальной надежды, что именно на сей раз эти опасения не оправдаются, и на жалкие 10 процентов из хрупкого ощущения возможности любви.

  Можно попытаться жить со льдом. Нельзя жить против него или пытаться переделать его и жить вместо него.

  
  

  Конец пересказывать не буду, правда, убийца там практически садовник, не по роду занятий, но по существу.
  В стилевом отношении текст меняется как род снега на глазах гренладцев, что несколько раздражает, но в чем-то спасает произведение.
  Советовать не буду!

  27

  108