Рецензия на книгу

• 

  JewelJul3 декабря 2014 г.

  27 июля 1989 года от чилийской базы Пунта-Аренас на Антарктическом полуострове стартовала экспедиция "Трансантарктика". Шестеро чокнутых отважных путешественников: американец-руководитель Уилл Стигер, француз-профессиональный путешественник Жан-Луи Этьен, британец-собаковод Джеф Сомерс, китаец-ученый-гляциолог с мировым именем Чин Дахо, японец-бизнесмен Кейзо Фунатсу Уэмура и русский-научный сотрудник известного НИИ Виктор Боярский, решили пересечь всю Антарктиду с заходом на Южный Полюс на лыжах, в сопровождении упряжек с ездовыми собаками.

  Экспедиция закончилась успешно, почти никто не пострадал (кроме лайки Тима), а Виктор Боярский даже написал книгу. Вот эту, огромную. Книга представляет собой путевые заметки, написанные на основе экспедиционных дневников Виктора, а также некоторых статей в прессе, посвященных этому путешествию. Заметки эти чрезвычайно подробны и досконально описывают палаточную жизнь в условиях крайнего юга, Боярский буквально по дням расписал весь поход, а каждый день еще и согласно нехитрому расписанию. Антарктический день сурка. Но... кто пережил декрет, тот над днем сурка не смеется! Благо, что стиль у автора легкий и с юмором, похожий на стиль Даррела, книга читается легко, монструозный объем как-то скрадывается, а над некоторыми слегка туалетными хохмами и каламбурами все-таки смеешься аки семейство лошадиных (вот что такое может быть - Юрин день? А вот и нет. Это день сбора мочи (научная ж экспедиция-то), от английского "urine").

  Лично я с удовольствием поддалась медитативному ритму книги, вот день начался, подъем в 5.30 в палатке -30 по Цельсию, снаружи "минус 32, ветер 10 метров, видимость 200, белая мгла - курорт!" Идем! Прошли 10 миль, снег крупными хлопьями, ветер встречный, ни зги не видно, идут по компасу, и хорошо, если с базы передали координаты, а если не передали, что же делать, все равно идем, куда-нибудь да выйдем... А навстречу им ветер, и снег, и град, эй, Боярский, воротися назад. Конечно же, каждый день происходят какие-то мелкие неприятности, то пол палатки улетел, то у нарты перевернулись, сломался полоз, то Уилл с Жаном-Луи повздорят на философскую тему. Но автор умело обходит острые углы, где остро - сглаживает, где тухло - подливает масла в огонь, градус интереса не спадает всю книгу.

  Замечательны описания природы, так и хочется написать северной, но это ж не север, так что антарктической:

  
  Перед самой остановкой заходящее солнце подарило нашему режиссеру чудесный кадр. Его лучи, пробивающиеся сквозь неплотную пелену облаков, вызолотили залив и спускающиеся к нему ледники так ярко, что казалось, будто это реки расплавленного металла, которые текут, огибая, начинающие остывать и от того более темные огромные острова скал, и несколькими огненными потоками вливаются в заполненный расплавленным золотом ковш залива.

  И хоть я и не великий любитель описаний, но здесь реально наслаждалась. National Geographic отдыхает.

  Собаки. Если честно, книгу я взялась читать исключительно ради собак, не такой уж я была фанат экспедиций. Но про собак было безбожно мало (зато про экспедиции полюбилось!), или мне так показалось... за всю книгу автор про собак вспомнил раз несколько, а для меня это были самые яркие эпизоды. Хотя иногда казалось, лучше бы и не вспоминал он про них. Я, конечно, не собаковод, не в курсе, как собак наказывают за проступки, но все-таки, мне кажется, лыжной палкой по голове, это чересчур. В общем-то я сгустила краски, автор к собакам относился замечательно, видно что он проводил с ними время с удовольствием, и вышли они у него куда ярче людей, но вот некоторые другие "собаковеды"... вызывали во мне жажду убийства. Впрочем, вся экспедиция в целом на собаках сказалась негативно:

  
  Спина и бока покрыты смерзшимся с шерстью снегом, на усах и бороде лед, движения становятся вялыми и апатичными, им все равно, куда их ведут и когда их накормят. Только одно желание владеет ими: поскорее добраться до места ночевки, зарыться носом куда-нибудь поближе к животу, где, может быть, сохранился небольшой кусочек не покрытой льдом и снегом шерсти, укрыться сверху хвостом и, зажмурив глаза, попытаться забыться, подставив ветру наименее уязвимое место - спину.

  Может, позвонить в общество охраны животных?

  Довольно много думала о том, как сложно и проблемно участники продвигались по снегу и льду, и это при том, что у них была спутниковая связь, по всему маршруту были установлены склады с продовольствием и горючим, они имели возможность отдохнуть на различных полярных станциях. А как же Антарктиду изучали в начале XX века, когда всей этой техники и гаджетов не было? Какой же ад должен был твориться тогда? Кто как, а я буду читать про Амундсена и Скотта!

  37

  482