Рецензия на книгу

• 

  Myza_Roz20 ноября 2014 г.

  Читать романы Франсуазы Саган в ноябре, равносильно затягиванию петли на собственной шее. Но я не солгу, когда скажу, что такие эмоции вызывают у меня крайне мало писателей и Саган - одна из них, поэтому уже в течении четырёх лет каждый ноябрь-декабрь я прочитываю хотя бы один из её романов. В этом году решила прочитать целых три её книги, но пока самые сильные впечатления оставила именно эта.
  О чём эта книга? О кризисе среднего возраста? О любви? О том, как человек непостоянен в этой любви? Да обо всём. Франсуаза своим лёгким пером описала невыносимую тяжесть бытия в любви и без неё. И всё это близко каждому. Разве каждый из нас не впадал хотя бы раз в хандру или депрессию без видимых причин? Не влюблялся так отчаянно, что готов был на всё ради любимого человека? А потом понимал, что эта любовь порабощает его и отчаянно хотел вырваться из её оков?
  Не знаю как у всех, но у меня это было. Несмотря на то, что мрачный конец этой истории был мне заранее известен, я жила этой книгой до самого последнего мгновения, и конец меня просто морально раздавил, заставил задуматься о собственных отношениях, об отношениях людей в целом, поднял самый глубокий омут психологических размышлений, можно сказать, что вывел на чистую воду.
  Я не могу согласиться и никогда наверное не соглашусь с теми, кто считает, что романы Саган - это лёгкое женское чтиво. Да, её книги читаются легко, на одном дыхании, но оставляют после себя глубокий след, заставляют взглянуть внутрь себя и на окружающих.

  
  

  • Видишь ли, когда я с ней познакомился, я был… ну, ты, конечно, помнишь… с меня словно кожу содрали. Бог знает почему, но именно так и было. Она положила меня на пуховую подушечку, согрела, вернула к жизни. Право. Но теперь… Теперь эта подушка давит мне на лицо, душит. Вот оно как. Все, что я любил в ней и что поддерживало меня – ее властность, ее прямолинейность, цельность, – все это обратилось против нее…

  
  – Потому что сам ты вялый и неустойчивый, – ласково сказал Жан.
  – Если хочешь, да. Может быть, я последняя сволочь, но, право же, бывают минуты, когда я дорого дал бы за то, чтобы не представать перед ее судом. И быть, как прежде, одиноким.

  7

  46