Рецензия на книгу

• 

  anna_angerona19 ноября 2014 г.

  “Сон Бруно”. Жизнь как сон. Или сон длиною в жизнь.

  Бруно – пожилой человек. Угасающий медленно, но неотвратимо. Он стоит на пороге полного исчезновения. Ещё немного – и он переступит этот порог.

  Бруно спит и просыпается. Засыпает и спит. Засыпает и просыпается. Так проходят его будни.
  

  
  It's all a dream, he thought, one goes through life in a dream, it's all _too hard__. There is just the dream, its texture, its essence, and in our last things we subsist only in the dream of another, a shade within a shade, fading, fading, fading.

  Вроде бы однообразное существование, но при этом и не совсем безучастное. Потому что при всей инертности своего существования он является осью, вокруг которой вращается многоцветная планета взаимоотношений, связывающих окружающих его людей.

  Наблюдая за очередным любовно-дружеско-родственным многоугольником человеческих связей, который неизменно присутствует в каждом произведении Айрис, невольно задаёшься вопросом: а действительно ли именно жизнь Бруно является подобием сна, а не та реальность, которая неистово бурлит вокруг него? Может, вообще всё происходящее тут представляет собой сюжет некоего невероятного сновидения?
  

  
  "At my age you live in your mind, in a sort of dream."
  "I think we all do that."

  Бруно любит наблюдать за пауками. За их неспешной жизнью. Которая напоминает его собственную нынешнюю. Вот паук неподвижно сидит в своём углу. А вот вдруг паутина вздрагивает: в неё угодила жертва. Бруно, как и представители паучьего семейства, точно так же сидит в своей паутине, которая сплетена из его воспоминаний, раскаяний и сожалений о прошлой жизни, и ждёт того момента, когда она дрогнет от прикосновения к ней осязаемой реальности (в виде визитов живых людей, а не призраков из его снов, или неких значимых событий вроде наводнения, которого он ждал и предвидел как будто даже с надеждой и нетерпением). Эти прикосновения служили ему неким подтверждением того, что он ещё пока не переступил черту, за которой надежда превращается в необратимость.

  Итак, Бруно нужны знаки извне, подтверждающие, что он пока ещё жив и у него в запасе ещё есть время. Время на то, чтобы получить прощение у своих призраков и у их живых потомков. А остальным персонажам (его родственникам, слугам и случайным знакомым, которые едва слышали о его существовании) нужен Бруно. Тоже как подтверждение. Но подтверждение чего именно? Возможно, того факта, что ещё не поздно. Не поздно примириться со своим прошлым (потому что Бруно – это некое воплощение того прошлого, которое скоро бесследно исчезнет), начать жизнь с чистого листа и простить себя. Да, прежде всего – себя, потому что именно самопрощение – отправной пункт в новую жизнь, исполненную гармонии и внутреннего умиротворения.

  6

  329