Рецензия на книгу

• 

  lyolyaleb10 июня 2024 г.

  Ода гусенице с орлиными крыльями

  Многие из тех, кто знаком с творчеством Вирджинии Вулф, характеризуют её стиль, как «поток сознания». Якобы у вас случится любовь, если сумеешь его поймать, и совершенно точно произойдёт отторжение, если подстроиться не получится. Поэтому я откладывала прочтение «Своей комнаты» в страхе не понять и остаться за дверью.
  
  Однако Вирджиния оказалась на удивление гостеприимной хозяйкой: она тут же бережно обняла у порога, разлила ароматный чай и начала свой неспешный рассказ. Тот самый Поток Сознания вызвал у меня лишь восхищение, ибо слог у Вирджинии по-весеннему лёгкий, а размышления сопровождаются запоминающимися остроумными сравнениями.
  
  

  
  «... зайдя внутрь, вы оказывались под огромным куполом, словно одинокая мысль в огромном лысом черепе...»
  «... чтобы справиться с таким массивом информации, понадобилось бы стадо слонов или колония пауков (я в ужасе припоминала самых долгоживущих и многоглазых животных)»

  И хоть предмет исследования довольно противоречив, в эссе нет даже намёка на личную обиду автора, вызванную несправедливым и грубым отношением к женщине, или злобную насмешку над противоположным полом. Вирджиния не придерживается радикально-феминистской позиции и сама посмеивается над влиянием, которое оказало провокационное движение суфражисток на общество, находит объяснение поведению обеих сторон конфликта и предлагает не страдать о прошлом, а работать с настоящим, работать на будущее.
  
  Её поражает, как в одно и то же время мужчины возвеличивают женщин в литературе и не дают им права на самоопределение в жизни. Получается этакая «гусеница с орлиными крыльями». Кроме того, писательница задаётся вопросом сравнительной ценности профессий (кто более значим для общества: няня, вырастившая восьмерых детей, или юрист, сколотивший состояние), рассуждает об особенностях женской и мужской литературы, а также приходит к теории андрогинности ума. Вулф утверждает, что самая честная книга может выйти только из-под пера писателя с подобным типом мышления – человека, не скованного предубеждениями, открытого новым впечатлениям и умеющего подмечать реальность.
  
  И всё же основная тема высказывания – роль женщины в литературе, поэтому Вирджиния уделяет особое внимание обстоятельствам, повлиявшим на становление первопроходцев в мире независимой литературы, написанной женщинами так, как могли бы написать только женщины: дикой в своей свободе Эмили Бронте и нежно-насмешливой Джейн Остен.
  
  Несмотря на небольшой объём, книга – настоящий проводник в мир женской литературы и охватывает период в целых три столетия. На страницах то и дело мелькают имена предшественниц знаменитых британских романисток, упоминаются многие знаковые произведения классической литературы, выступающие в качестве обоснования предположений Вулф и её убеждения в том, что шедевры – это не случайное и обособленное явление, а непременно коллективная работа поколений.
  
  Главный же посыл, который писательница адресовала своим современницам, заключается в следующих словах:
  
  «Когда я прошу вас зарабатывать деньги и обзавестись собственной комнатой, я агитирую вас жить в присутствии реальности – это крайне увлекательно, даже если поделиться и не получится»
  
  Сейчас, спустя столетие, мы можем найти подтверждение мыслям Вирджинии, просто оглянувшись вокруг: женщины-писательницы, женщины-учёные, женщины-дипломаты и женщины-инженеры. Женщины имеют право на самовыражение и обучение, независимость суждений и реализацию себя в интересующей сфере. Значит, путь обретения истинной свободы действительно начинается с собственной комнаты, а «лучшее женское воспитание – это просвещённый ум».
  
  Отдельно хочу отметить именно способ отражения доводов, извлечённых писательницей на свет во время размышления. Вирджиния буквально описывает рутину, в которую погружена в дни поиска ответов: обеды с друзьями, пейзаж за окном, звуки пробуждающегося Лондона, увиденные люди и перемещения по библиотеке. Поэтому создаётся впечатление, будто вы думаете вместе, пытаетесь подобрать необходимые аргументы, берёте с полки книги одну за другой и, перелистывая страницы, бурно обсуждаете свои находки.
  
  И время, проведённое с Вирджинией, напомнило мне о словах Холдена Колфилда, уверенного в том, что бывают такие писатели, с которыми было бы хорошо стать лучшими друзьями, чтобы можно было поговорить по телефону, когда захочется. Потому что, кажется, теперь у меня тоже появился такой писатель.
  
  

  4

  189