Рецензия на книгу
Приглашение на казнь
Владимир Набоков
vaeriss31 мая 2024 г.Пошлость, безвременье и мир "там"
Сообразно с законом, Цинциннату Ц. объявили смертный приговор шепотом.Всё, начиная с этой строчки, открывает калейдоскоп фальши, игры и дикой пошлости, выходящей за рамки реальности, вмещающейся только в этот сюрреалистичный, глупый мир театра, в котором никто и ничто не являются истинными.
Весь мир построен на лжи, на прикрытии под жёлтыми париками, на полосатой одежде, под которой скрывается палач, на абсолютной глухоте и смерти, из которой словно и соткана каждая частица театрального мира, ведь людей нет - все они прозрачные куклы, не чувствующие и не мыслящие, не потому, что им запретили, а просто так, ведь это стало лишним.
В мире безумия, в мире глухоты, безвременья и невозможности сказать что-либо, что прозвучало бы внушающим и поражающим, а не пустым писком, ударом головы об стену, существует, да, пока что здесь, не "там", Цинциннат Ц. - человек. Не кукла, не реквизит, не декорация, а человек. Он живой, способный чувствовать, и вся его клокочущая душа хочет выразиться, запечатлеть хоть малейшую часть себя на бумаге, в буквах, но вокруг эти актёры, беспрестанно опошляющие каждое слово Цинцинната, каждый его взгляд, каждую минуту его молчания от безысходности, от желания умереть в прорытом туннеле спасения, который оказался не больше чем возвращением в его камеру, где на потолке, неровно, не посередине весит лампочка в решётке, где никто не скажет, когда, когда будет казнь.
Я хочу знать когда - вот почему: смертный приговор возмещается точным знанием смертного часа. Роскошь большая, но заслуженная.Каждый оказывается обманщиком и бесплотным веществом, не способным пробудиться, что-то понять, каждый актёр сменяет другого: Родион, Родриг Иванович, мсье Пьер, Марфинька, оказавшаяся, как и все, не больше, чем куклой. Сменяются декорации: луну повесили, потом убрали, деревья просто падают плашмя, а декорации эшафота поставили неровно, снова не посередине, всё криво, фальшиво, пусто, низко.
Существование Цинцинната Ц. в этом фарсе - это "гносеологическая гнусность", ведь он лишний элемент, он не походит, он не прозрачен, он непроницаем, что в его мыслях - неизвестно, а потому его нужно "пригласить на казнь", после чего разыграется пьеса, которая приведёт Цинцинната к чему-то неясному - он не казнён, но и казнён одновременно. Но исход пьесы зависит только от читателя, ведь автор уже умер, осталась огромная вселенная интерпретации для читателя, опирающегося на свой жизненный, читательский, чувственный опыт, на тот зов, что подсказывает ему его сердце.
Мне что-то внутри подсказывает, что новый Цинциннат, его первая, истинная версия, совершающая что надо, а не что предписано, сопровождавшая его сначала и до конца, наконец-то станет жить, откроет занавес и увидит настоящий мир, не пустые декорации, что после вопроса "зачем я тут?", он окажется "там". В далёком, ещё неизведанном, но непременно настоящем, истинном "там".8317