Рецензия на книгу

• 

  alisasolnechnaya5 ноября 2014 г.

  Как же здорово, отрываясь от таких книг, понимать, что за окном 21-й век, а не 19-й! Образ жизни того времени представляется мне ужасно скучным и однообразным, как будто при всем изобилии охватывающих героев чувств, в них нет ничего настоящего. От показательной светскости сводило зубы - все эти многочисленные изъявления вежливости, по большей части являющиеся ничем иным, как очевиднейшим, хотя и тщательно скрываемым лицемерием, либо ужасающей навязчивостью. То и дело повторяющиеся разговоры, просьбы, уверения и убеждения друг друга, настойчивые приглашения к постоянным визитам и неизменные взаимные восхваления всех качеств и владений - разве можно за всем этим узреть хоть капельку живых, искренних эмоций, не перекрываемых так называемыми "приличиями"? Вот уж нет.

  На мой взгляд, единственным человеком, проявляющим некоторую толику настоящих чувств, была Марианна - но именно это в ней порицалось всеми окружающими, вплоть до ее близких. "- Постарайся совладать с собой, Марианна, - сказала она настойчиво, - если ты не хочешь убить себя и всех, кто тебя любит. Подумай о маме, подумай, как тяжелы будут для нее твои страдания. Ради нее ты должна успокоиться". Девушке не просто непозволительно выражать свои чувства, ей словно и вовсе не пристало их испытывать! "Элинор не стала настаивать, что подобные чувства необходимо побороть просто из приличия." Мне искренне жаль героев, вынужденных жить в такой атмосфере лживости, двойственности и повсеместной фальшивости всего (и всех!), что их окружает.

  Не в последнюю очередь виной такому образу жизни - безделье. Герои живут в свое удовольствие, не стремятся работать и зарабатывать, полагаясь лишь на проценты от их имений и благосклонность родителей как основной источник дохода. Единственные их занятия - это визиты друг к другу в гости, длящиеся от одного дня до нескольких месяцев, регулярные светские беседы с все тем же неизменным перемыванием косточек всем общим знакомым, долгие прогулки с преувеличенным восхищением природой и друг дружкой и, наконец, самое любимое всеообщее занятие - обсуждение финансового состояния всех и каждого. Ах, бедняжка, как же она проживет на несколько сотен фунтов в год, это же решительно невозможно! Ей придется обойтись поместьем с одной гостиной, а не двумя, и сократить количество слуг и лошадей, ужаснейшая ожидает ее судьба! О нет, они, натурально, не смогут пожениться, ведь его доход едва сможет обеспечить одного человека, никак не двоих! Сколько? Две тысячи фунтов в год? И плюс твои три тысячи? О, да это же сущая бедность! Что? У него обширное имение с огромной прилежащей территорией? Ах, это идеальная партия для твоей сестры, ей определенно нужно выйти за него как можно скорее!..

  И все же, если рассматривать конкретных героев, усиленно пытаясь закрыть глаза на их массовые раздражающие особенности, можно охарактеризовать их по-разному. Мелочная, эгоистичная и жадная миссис Джон Дэшвуд, ее жалкий подкаблучник-муж, не способный иметь собственное мнение, мерзкая льстивая Люси, умудряющаяся своим подхалимством заслуживать симпатию и благосклонность всех вокруг, алчный повеса Уиллоби, пытающийся объяснить свои скверные поступки неспособностью жить в бедности, и несколько разных "миссис", за фасадом светскости и любезности которых невозможно рассмотреть ни характера, ни истинного отношения к происходящему. Ах да, еще полковник Брэндон, практически единственный, кроме Марианны, персонаж, периодически вызывающий у меня положительные чувства. Но как его описывают! 35 лет - это же совсем молодой мужчина, а по ходу повествования мне то и дело казалось, что ему лет шестьдесят. Впрочем, он тоже выглядел жалким и беспомощным: не принимая совершенно никакого участия в горестных событиях всей своей жизни, он продолжал плыть по течению, грустить и жаловаться, но все так же ничего не делать для улучшения положения. Что до Элинор, она представляется мне какой-то слишком правильной, будто робот, не имеющий сердца и руководствующийся лишь разумом и алгоритмом поведения. Конечно, кто-то должен быть сильным и поддерживать семью, но невозможно быть настолько безэмоциональной и сдержанной даже наедине с собой.

  Конец донельзя предсказуем, и вот вроде бы все хорошо и все счастливы, но тем противнее тот факт, что обе сестрицы отдались во власть своих судеб и обстоятельств и с готовностью приняли то, что им в итоге досталось. Не женщины - куклы, запрограммированные на смирение.

  7

  20