Рецензия на книгу

• 

  radio-einheit31 октября 2014 г.

  Поэзию сейчас издают неохотно, переводную - почти совсем нет, поэтому как минимум половину своих задач эта антология-билингва выполняет более чем достойно: послевоенная британская поэзия представлена широко и со вкусом, 36 авторов, практически все глыбы, как известные (Грейвс, Оден, Ларкин, Дилан Томас), так и не известные (Тед Хьюз, Рональд Стюарт Томас) носителям русского языка, и множество людей, которые, конечно же, тоже заслуживают быть прочитанными - достоинство сборника в том, что каждый может выбрать своих, я, например, открыл для себя Урсулу Фэнторп и Дэвида Константайна, кто-то другой наверняка выделил бы других, этим антологии и должны быть хороши; правда, в библиографии указано, что в книгу вошло не все, что должно было, права на печать пятерых поэтов, включая Бетджемена, который точно должен быть в любой аналогичной антологии, получить не удалось - жаль.

  Русская часть антологии - дело рук семинара молодых переводчиков под руководством Марины Бородицкой и Григория Кружкова; семинар этот поработал на славу, переводы, что нынче редкость, не костыль для тех, кто не до конца въезжает в смысл написанного слева, а вполне себе инварианты оригинала, пригодные к употреблению в русскоязычной культуре - но есть одно "но", точнее, "НО": ближе к середине тома становится слишком очевидным, что переводческие принципы семинара доминируют над поэтикой переведенных авторов.

  Выражаясь простым человеческим языком, участники семинара - талантливые версификаторы, поэтому лучше всего у них получились переводы поэтов классической закалки, вроде Одена или Грейвса, в поэтику которых легко вписываются средства, традиционные для русской поэзии, т.е. регулярный метр и последовательно применяемая рифмовка, - но они слишком часто и слишком настойчиво навязывают эти средства всем остальным поэтам, отношения которых с традицией гораздо тоньше и неоднозначней; в итоге некоторым эта навязанная традиционность по-русски искажает интонацию до неузнаваемости.

  В результате теряется сам смысл перевода - расширение границ поэтического, начиная с формальных; вместо того, чтобы исследовать возможности чистого верлибра, границы между регулярным метром и свободным стихом, переводчики слишко часто ограничиваются передачей смысла проверенными средствами в тех рамках, которые эти средства позволяют; вот это и смазывает впечатление от антологии, увы.

  12

  339