Рецензия на книгу

• 

  Ekaterina_Sumina1 мая 2024 г.

  Прошло четыре года с первого прочтения этой повести, а всё так же одни эмоции.
  
  Для меня эта книга о человечности, точнее, как остаться человеком в тяжелейших условиях. Какой сделать выбор? Куда качнуть весы?
  
  Именно об этом рассуждает один из эпизодических персонажей: "— Не всегда легко решить с первого взгляда, что бесцельно, а что нет. И является ли легко обозримый конечный результат подлинным мерилом человеческих поступков? На каких весах их взвешивать? И когда они приходят в действие, эти весы? Ведь логика обывательского здравого смысла пригодна здесь очень мало."
  
  В произведении нет прелюдии. Мы сразу же с первых слов погружаемся в блокадную реальность Ленинграда: на перегороженные улицы, в очереди с продуктовыми карточками, в нервный людской поток.
  
  Две героини Нина и Катя – две противоположности, но ни одну из них нельзя осудить за их действия. Да, Катя положительная героиня, но в ней есть в первое время холодность к Мите.
  
  Нина. Имея своих детей, мне сложно её понять, но осудить тоже не могу. Она спасала себя. Усталость и обречённость женщины достаточно ярко описаны автором. Поэтому, когда в тексте звучать слова об эвакуации по Ладоге, не остаётся никаких сомнений, что женщина уедет. За свой выбор она в ответе перед самой собой.
  
  Катя – девочка-подросток, у которой юность забрала война, сирота, которая хотела быть ближе к отцу и не эвакуировалась. Случайная девочка, которая вызволила на себя заботу о чужом для неё ребенке. В повести несколько раз о мальчике говорится "он ничейный". Ей бы выжить самой, а тут ещё и ребенок, но она делает выбор в его пользу "человеку не так уж важно, любят его или нет, а главное — это, чтобы самому ему было кого любить."
  
  И на этом фоне, на фоне военного времени, происходит переплетение судеб героев. Алексей Воронов, который тенью скользит за Митей. Теряет, встречает Катю и передает ей продукты, которые помогают спасти его сына, и новая встреча, новое знакомство и не узнавание. До финала повести ожидание, что отец узнает в Мите "умершего" сына, но это не происходит.
  
  "Катя сказала задумчиво:
  — Не помню, я говорила вам когда-нибудь, что Сережа мне не родной?
  Он спокойно ответил:
  — Эх, Катюша! Чего уж тут считаться, свои ли, чужие ли. Все мы породнились общим горем."
  
  Этот диалог происходит в финале отец обретает сына, не зная, что он ему родной. Ирония судьбы. Но если отойти от всех перипетий, судьбоносных выборов самая главная мысль звучит в следующих словах:
  
  "За нее дорого заплачено, за эту общность. Так неужели мы когда-нибудь откажемся от нее? Мы, которые выдержали все и остались живы, неужели мы изменим когда-нибудь этим воспоминаньям?
  
  Неужели, узнав истинную цену хлеба, мы унизимся до того, что будем гоняться за роскошью? Неужели, пройдя через этот ад, мы когда-нибудь струсим, не посмеем вступиться за друга? Неужели мы, постоянно жившие едиными помыслами со всей страной, замкнемся в своей тесной квартирке, перестанем говорить «мы»?"
  
  Задать эти вопросы стоит каждому самому себе, потому что история циклична.

  9

  399