Рецензия на книгу

• 

  zarjanka15 октября 2014 г.

  Наверное, в СССР в рецензиях на эту книгу писали об обличении "оскала капитализма".

  Роман о жизни маленького человека. Много циничных, жестких фраз, актуальных и правдивых.
  Непризнанный поэт живет философией протеста, протеста против достатка, мещанства, символом которых стал фикус. Есть в романе и любовная линия.

  Мне хотелось бы рассказать об этой книге цитатами. Так много фраз без лишних слов.

  Вот так говорит Гордон (имя главного героя), глядя на полки с книгами в маленьком магазинчике, где он работает:
  

  
  "Романы свежайшие, только из типографии – невесты, вожделеющие потерять невинность неразрезанных страниц. И экземпляры, побывавшие в руках, – юные вдовушки, хоть и не девственные, но еще в цвету. И наборами по полдюжины всякая всячина из так называемых «остатков» – престарелых девиц, продолжающих уповать в безнадежно затянувшемся целомудрии".

  О маске, которую приходится надевать:
  

  
  "Гордон сменил кислую мину на предназначенную постоянным абонентам сердечность добродушного семейного доктора"

  Метко:
  

  
  "уткнулся в труд по русскому балету; изучал фотографии, держа книгу в розовых слабых лапках деликатно, как белка свой орех".
  

  Тема денег – ее много в романе:
  

  
  "В жизни, решил он, только два пути: либо к богатству, либо прочь от него. Иметь деньги или отвергнуть их, только не гиблая трясина, когда на деньги молишься и не умеешь их добыть. Лично для себя Гордон выбрал принципиальный отказ".
  
  "Деньги дают так много. Позволяют быть терпимым и тактичным, не суматошливым, великодушным, бескорыстным".
  "Деньги и обаяние – спаяно, не разорвать!"

  Но писать стихи с пустым желудком тяжело. Рекламный слоган бульону вместо вдохновения.
  

  
  "Явилось чрезвычайно новое открытие того, что безденежье не спасает от денег, а как раз полностью им подчиняет, что без презренного, обожаемого средним классом «достатка» ты просто раб».
  
  

  Юмор:
  "Нет нужды повторять богохульные комментарии каждого, вживе знавшего дедулю Комстока. Однако стоит отметить, что плита с вышеприведенной эпитафией весила около пяти тонн, чем несомненно отвечала пусть бессознательным, но очевидным желаниям потомства надежно застраховать себя от явления дедушки из могилы. Сокровенные чувства родни к покойному наиболее точно и конкретно измеряются весом надгробия"

  Прочитала с удовольствием. Мне кажется, что эта книга о человеческой гордыне, в первую очередь.

  1

  18