Рецензия на книгу
The Hours
Michael Cunningham
Needle12 октября 2014 г.Наверное, странно писать об этом в отзыве на книгу, но в случае с этой книгой оправдано: я абсолютно адекватный и психически здоровый человек. У меня не бывает видений. Я не слышу голосов. У меня случаются головные боли - похмельные или нет, но не чаще, чем у любой женщины средних лет, обременённой множеством забот. Меня не посещают мысли о суициде. У меня всё в порядке с самоидентификацией. Я знаю, что существует вчера, сегодня и завтра. Я не страдаю от бессонницы. Я не подвержена приступам паники, да и вообще - у меня сниженная тревожность. Мой инстинкт самосохранения всегда на страже.
К чему я всё это? К тому, что - ну, простите меня, не понять мне героинь этой книги, ну никак. Не близко мне это всё, потому что на себе не испытано. Кроме, пожалуй, сомнений по поводу того, что было бы, если бы я, условно говоря, на том перекрёстке выбрала другое направление. Ну, так об этом всякий задумывается. В остальном же... Есть куча вещей, которые я делаю плохо, гораздо меньшая кучка того, что у меня хорошо получается, и - о, ужас! - боюсь, я ничего не делаю идеально. Но это не лишает ярких красок мой мир. А вот Лора...
Существует лишь две возможности: либо быть талантливой, либо, что называется, не брать в голову. Либо ты делаешь сногсшибательный торт, либо закуриваешь, объявляешь, что подобные подвиги не для тебя, наливаешь себе ещё одну чашечку кофе и заказываешь торт в булочной.Мне нравится готовить. И когда мой любимый мужчина не ест мой борщ или солянку, кажущиеся мне верхом кулинарного искусства, я, конечно, расстраиваюсь. Но у меня не появляется желание убить этого чёрствого, нечуткого мужика или, избави Бог, себя. Я понимаю, что у него может быть множество причин не есть мой борщ, и ни одна из причин может быть не связана со мной.
И тем не менее...
Тем не менее, я знаю, что бывает и по-другому. Тараканы (а по сути, странности) у некоторых из нас вырастают до размеров слонов, и тут уж самому не справиться. Я знаю, что у психически не здоровых людей совершенно особенная, непонятная нам логика. Поэтому, конечно, я верю, что всё может быть именно так. Верю, принимаю. Но меня это не трогает. Увы.1593