Рецензия на книгу
Москва - Петушки
Венедикт Ерофеев
Delga7 октября 2014 г.«Я присоединился к вам просто с перепою и вопреки всякой очевидности. Я вам говорил, что надо революционизировать сердца, что надо возвышать души до усвоения вечных нравственных категорий, - а все остальное, что вы тут затеяли, все это суета и томление духа, бесполезнеж и мудянка…
И на что нам рассчитывать, подумайте сами! В общий рынок нас никто не пустит. Корабли седьмого американского флота сюда не пройдут, да и пройти не захотят»АЛКОГОЛИЧЕСКИЙ БРЕД КАК ЗЕРКАЛО СОВРЕМЕННОЙ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ?
Первое ощущение от чтения – алкоголический бред. С этими словами можно было бы презрительно отбросить книжку Ерофеева в сторону, если бы не одно «но»: бред этот непрост, он рвется за пределы текста и властно заливает твою жизнь. Откладываешь книгу, но всё то же видишь и слышишь вокруг – из телевизора, со страниц СМИ, из уст знакомых, из твоих собственных, о Господи, уст несется тот же самый бред. И телесная трезвость читателя не мешает замечать глубокое внутреннее сходство его с главным героем.
«Надо чтить, повторяю, потемки чужой души, надо смотреть в них, пусть даже там и нет ничего, пусть там дрянь одна – все равно: смотри и чти, смотри и не плюй…»ЗАЗЕРКАЛЬЕ?
Разговоры о литературе, об истории, о философии, о политике, твоя работа, твои мечты о лучшей жизни – все бессмысленный, беспощадный, бесцельный бред. Что в жизни не бред? Подобно Алисе ты летишь в темный колодец слов, спускаясь все ниже, все глубже.
«И стоит мне прочесть хорошую книжку – я никак не могу разобраться, кто отчего пьет: низы, глядя вверх, или верхи, глядя вниз. И я уже не могу, я бросаю книжку. Пью месяц, потом другой, а потом…»МУТНОЕ ЗЕРКАЛО ДУШИ ЗАБЛУДШЕЙ…
На каком-то этапе бред вдруг слагается в песнь - Песнь песней спетую наоборот. Песнь души заблудшей, лебединую песнь, перед смертью, перед забвением – в последний взмах крыла, в последнюю тщетную попытка взглянуть на свет, потянуться к нему. Мы спутали рецепты, Веничка. Рецепты, карты, направления… Мы мечтали о счастье, о блаженстве, «все обещало нам его…», все в этом мире обещало судороги блаженства. Но все в этом мире кончается предсмертной судорогой или…
В тот день истомившийся Симеон скажет, наконец: «Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко…» И скажет архангел Гавриил: «Богородице Дево, радуйся, благословенна ты между женами». И доктор Фауст проговорит: «Вот — мгновение! Продлись и постой». И все, чье имя вписано в книгу жизни, запоют: «Исайя, ликуй!» И Диоген погасит свой фонарь. И будет добро и красота, и все будет хорошо, и все будут хорошие, и кроме добра и красоты ничего не будет, и сольются в поцелуе…
— Сольются в поцелуе?.. — заерзал Семеныч, уже в нетерпении…
— Да! И сольются в поцелуе мучитель и жертва; и злоба, и помысел, и расчет покинут сердца, и женщина…
— Женщина! — затрепетал Семеныч. — Что? Что женщина?!
— И женщина Востока сбросит с себя паранджу! Окончательно сбросит с себя паранджу угнетенная женщина востока! И возляжет…
— Возляжет?! — тут уж он задергался. — Возляжет?!!
— Да. И возляжет волк рядом с агнцем, и ни одна слеза не прольется, и кавалеры выберут себе барышень, кому какая нравится! и…
— О-о-о! — застонал Семеныч. — Скоро ли сие? скоро ли будет?…В ПРЕДДВЕРИИ РАЯ?
И уже не оторваться от книги. Ты знаешь, юный читатель, что Веничка Ерофеев знал Библию почти наизусть? Что был он искушен в слове Божием. Что ангелочки, поющие ему в начале сей поэмы, его собутыльники и его убийцы - суть бесы. Что Дантовскими кругами веет от Ерофеевского кружения по маршруту «Москва-Петушки»? Даже если ты знаешь всё это и еще больше о символических смыслах поэмы (ибо все в этом путешествии символично – и женщина, и ребенок, и даже пьют здесь чисто символически, хотя все символы и отражают действительность)… Знаешь ли ты, чья душа ходит этими кругами – писательская, читательская или та самая, воспетая в былинах и искомая всяческой литературой – русская душенька? Кто судится? Кто - судья?
Даже если ты не знаешь этого, то знай – это и есть великая сила литературы, искусства, когда пишут так. Когда даже падая в бездну – поют, находят в себе силы - петь.
«Таки ли судорог я ждал от вас, Петушки? Пока я добирался до тебя, кто зарезал твоих птичек и втоптал твой жасмин?.. Царица небесная, я – в Петушках!..»1273