Рецензия на книгу
Любовь к трем цукербринам
Виктор Пелевин
bookeanarium19 сентября 2014 г.Говоря «Виктор Пелевин» подразумевают «современная русская литература», говоря «современная русская литература» - подразумевают всего несколько авторов, среди которых обязательно – Виктор Пелевин. В стране, давно переставшей быть самой читающей в мире, романы этого прозаика выпускают тиражом 70 000 экземпляров, и это при том, что обычный тираж любого российского (или даже иностранного) автора, не из числа иронических детективщиков, редко когда превышает 5 000 экземпляров.
Второе, что стоит помнить, он – постмодернист, он строит на костях былинных героев свой город – окно в будущее. Вздохи «ах, мы уже видели это в «Матрице», «крыльях бабочки» и в книгах Оруэлла» – бессмысленны, лоскутное одеяло из знакомых до боли фрагментов формируется совершенно новое, связывая прежние смыслы в новый узор. Роман Пелевина – это всегда текст, состоящий из гиперссылок: за каждым словом прячется словарная статья. Об эпохе рекламы высказались? Хорошо, теперь выскажемся об эпохе интернет-сидельцев, блютусно-вайфайных големов, служащих Цукербергу, управляемых информационными запахами и ветрами.
Третье – он издевается. Именно этой фразой проще всего передать то, что ирония в тексте Пелевина достанет всех, кто на неё поведётся. Быть троллем восьмидесятого уровня – вот что значит написать текст, на который накинутся тролли, хейтеры и другие категории граждан с повышенным уровнем ненависти в крови и речевым недержанием. Все те люди, которые заклеивают стены своих соц.сетей лжецитатами, почувствуют укол в область Фейсбука: у кого-то откроются глаза на всевозможные «рейтинги», кто-то почует неладное, раз двадцать увидев пародии на те самые цитаты. Пелевин упоминает столько писателей – от Пушкина и Чехова до Введенского, что книга приобретает издевательски-менторский характер, возвращая за школьную парту, на урок литературы.
Пелевин – персона не публичная, он не раз поднимал тему отшельничества и удаления от мира в своих книгах, но впервые настолько чётко и полно высказывается о digital detox – воздержании от чрезмерного погружения в мир подключённых к интернету гаджетов. «Угощать собой тамагочи, которые и не собираются умирать» - это всё о смартфонах, уткнувшись в экраны которых люди сидят ровными рядами. И идеалом человека, свободного от интернета, выведена условная буфетчица – занятный персонаж, аналогичный женщине, сыгравшей Бога в фильме «Догма», такой вот внезапный феминизм и матриархат получается. В итоге можно попенять автору в том, что его книги похожи, как матрёшки, а можно воспринять его как своеобразного скрипичного мастера: работа за работой он приближается к созданию своего совершенного инструмента, без сучка и без задоринки. «Любовь к трём цукербринам» может стать наряду с «Жизнью насекомых» и «Generation P» книгой из вузовского списка литературы; книгой, по которой впервые знакомятся с творчеством автора.
«Я ни разу не испытывал искушения гордо посмотреть в глаза идущему мимо гостю столицы или укусить добермана за обрубок хвоста. У меня не было ни политической программы, ни травматического пистолета. Я позорно уклонялся от революционной работы и не видел в показываемом мне водевиле ни своих, ни чужих, ни даже волосатой руки мирового кагала. Куски распадающегося мяса, борющиеся за свою и мою свободу в лучах телевизионных софитов, не вызывали во мне ни сочувствия, ни презрения - а только равнодушное понимание управляющих ими механизмов. Но я всегда старался сдвинуть это понимание ближе к сочувствию - и у меня нередко получалось».46377