Рецензия на книгу

• 

  VescioMycotoxins14 февраля 2024 г.

  Мал золотник. Или клоп.

  Наверное я не один такой, кто начал чтение цикла книг о комиссаре Верховене с середины, то бишь книжки «Алекс» (часть вторая). Книга настолько понравилась, что я решил прочитать весь цикл, тем более в нем всего-то три книги. «Тщательная работа» (первая часть) оказалась хуже и я подумал, что автор, видимо, выдал первый блин комом, а потом стал писать все лучше и лучше. Поэтому третья часть будет вообще шедевром. Хотелось, чтобы было лучше, но вышло как всегда. «Жертвоприношения» (часть третья) оказались самой слабой книгой из трех.

  Во-первых, главный герой стал порядком надоедать со своими вечными душевными страданиями. Так же как и Леметр с его постоянными напоминаниями о росте комиссара Верховена. Я даже стал подумывать, что автор подвергался в детстве каким-то нападкам со стороны сверстников. Дразнили как-нибудь, толстым, к примеру, или сопливым. Отчего Леметр получил незаживающую душевную рану. И решил отыграться на своем персонаже, сделав его ростом меньше, чем руль писят. Да еще постоянно об этом напоминая.

  Во-вторых, назвать эту книжку детективом можно с большой натяжкой. Тут не то, чтобы полицейский ведет расследование, скорее расследование тащит за шиворот полицейского куда захочет. Вообще, я всегда был уверен, что весь этот мир крутится вокруг меня. Ан нет, крутится от вокруг малыша Камиля Верховена. Противоположный пол вселенной в полном составе только и думает, как бы сделать Камилю побольнее, а преступный мир совершает преступления только ради того, чтобы комиссар Верховен не смог их раскрыть и его за это выгнали с работы. После чего Котя Сапрыкин и гражданин Копченый станут издевательски ржать, указывая пальцем на опального комиссара, приговаривая, что нет у него методов против блатной братии.

  Вроде бы Леметр написал четвертую книжку цикла, которую еще не перевели на русский язык. С одной стороны интересно, что же там может быть, вроде бы в первых трех частях все уже умерли, кроме комиссара. Может быть малыш Камиль будет ходить один по пустынным улицам Парижа и рисовать на стенах домов портреты давно ушедших любовниц, друзей, врагов и сослуживцев черным-черным углем. Или писать на заборах слово «МЕЛ» тем, что подвернется под руку. А потом увидит в подворотне какую-то тень и поймет что это преступник. Ясное дело, преступник, кто же еще, ведь нет таких, кто без вины. И бросится в погоню, на бегу доставая из широких штанин. Своего верного товарища. Маузера. Вот я и думаю, а может не нужно переводить четвертую часть. А вдруг там все еще скучнее и банальнее. И я прочту и получу душевную травму. Правда вскоре утешусь, у меня же 190, а не 145. А все, у кого больше 150 толстокожие и бесчувственные скоты.

  12

  187