Рецензия на книгу

• 

  orlangurus10 февраля 2024 г.

  "Я будто путешествую во времени, переношусь из «сейчас» в «тогда»; в такие минуты осознаешь, что кем бы ты ни был сегодня и кем бы ни стал в будущем, истоки твои неизменны."

  Бывает такое: от книги ничего не ждёшь (кто же наивно верит в явно хвалебные аннотации?), автора не знаешь, и всё, что заставило эту книгу захотеть, - красивая обложка. В большей части подобных случаев происходит разочарование. Но не в этот раз. Книга настолько душевная, что совершенно не хочется лезть в философские глубины, если, паче чаяния, они в ней есть, и разбираться в тонкостях писательского мастерства. Книга просто о том, как все мы остаёмся детьми своих родителей, что бы ни случилось в жизни. О стойкости, решительности, редко свойственных столь юным людям, как персонажи этого романа. И о семье - это главное.

  В одной из северных провинций Канады, в малюсеньком посёлке живёт семья Моррисон. Ничем необычным среди соседей не выделяется: столь же небогаты, столь же трудолюбивы, четверо детей - это ещё совсем немного, по местным меркам, пресвитериане, как почти все в этой местности. Одно только их отличает: начиная от прабабушки, которая прикрепляла к прялке самодельную подставку для книги, в каждом поколении есть ребёнок, ради учёбы которого все ужмутся, сэкономят, и дадут ему эту возможность. 19-ти летний Люк - первый, кто должен поехать учиться в педагогический колледж. Родители едут покупать ему чемодан, и их машина влетает под несправившийся с поворотом лесовоз... Это точка отсчёта, с которой меняются планы и возможности, потому что есть ещё Мэтт - самый способный мальчик в посёлке, которому учителя прочили большое будущее, и две девочки, младшей из которых полтора года. Напомню, семья пресвитерианская.

  
  В нашей семье не принято жаловаться на трудности в отношениях. Если тебя огорчили, словом ли, делом, молчи. Может быть, и это корнями уходит в пресвитерианство; если Одиннадцатая заповедь гласит: Не давай воли чувствам, то Двенадцатая: Не выдавай обиды, а когда всему миру видно, что ты обиделся: Не объясняй почему. Нет, обиду надо проглотить, загнать поглубже внутрь, пока не взорвешься, непоправимо и к полному недоумению того, кто тебя огорчил.

  Каждый, кроме малышки Бо, старается держать свои чувства при себе. Их тётушка, приехавшая решить детские проблемы, одному из сочувствующих отвечает:

  
  Знаете ли, нам грех жаловаться. Ведь дети могли быть там, в машине.

  И только старший брат Люк в тот момент способен взять на себя ответственность и решить, что он не поедет никуда, младших по родственникам не раздаст, а Мэтт, кровь из носу, должен учиться, раз уж у него хватит способностей заслужить стипендию. Это в девятнадцать-то лет - самый возраст для таких решений.

  
  А Люк? Люк был отчаянно весел. Он похож был на воина, что идет на славную битву, зная, что Бог на его стороне.

  И дети остаются в посёлке, с переменным успехом присматривают за младшей, ведут хозяйство и даже ерепенятся, когда сердобольные соседки таскают им обеды. Всё это описано настолько просто, без пафоса, на каком-то бытовом уровне, перемежающемся взрывами выяснения отношений между братьями, младенческих бунтов Бо, что не оторваться. Сама же история изложена от имени Кейт, которой в момент трагедии было семь лет, и брат Мэтт был для неё просто свет в окошке. Именно то, чему он учил в детстве определило потом её специализацию в университете:

  
  Жучок прокладывает путь в своей подводной лодке, крохотной, зато надежной. Изумление и восторг Мэтта.
  Мэтт считал это чудом… нет, не просто считал. Мэтт видел тут чудо. И помог увидеть мне. Без него я не поняла бы, что живые существа рядом с нами – чудо, в полном смысле слова. Я бы только смотрела, но не удивлялась.

  Дети выжили, каждый нашёл свой жизненный путь, и только в отношениях Мэтта и Кейт - трещина длиною в двадцать лет. Помните: обиду надо проглотить, загнать поглубже внутрь? Последствия вот этого воспитания долго-долго отравляют обоим жизнь...

  
  Люк его сто лет как простил, а Бо даже не знает, что есть за что прощать. Но то, что ты в нем разочаровалась, – ты ведь думаешь, что у него жизнь не сложилась и он сам все пустил под откос, и тебе его жаль – вот что для него тяжелей всего. Тяжелей всего. А все остальное, что ему выпало, в сравнении с этим мелочи.

  92

  539