Рецензия на книгу

• 

  rowkein22 августа 2014 г.

  Когда мы открыли эту книгу, про которую когда-то давно рассказывала седая учительница испанской литературы, любящая сидеть за своим столом в маленьком и тесном кабинете, похожем на кабинеты полицейских Макондо, в которых они не спеша допрашивали своих жертв, доливая в потертые калебасы принесенную с собой в пластмассовом термосе горячую воду, поток слов обрушился на нас, заставляя вспомнить тот вечер, когда мы увидели во сне, как полковник Аурелиано стоит возле дерева в ожидании расстрела; круговерть интонаций и деталей сделали нас пылинками в неподвижной пустыне человеческой власти, отвратительной как руки брадобрея, которая сковывает твое сознание до такой степени, что ты едва можешь произнести в тишине своего кабинета, окна которого выходят на море, "меня зовут Саларис"; ты едва можешь увидеть в зеркале свою непропорциональную фигуру, свой взгляд, устремленный в никуда, погруженный в мифический океан мыслей и переживаний, из которого ты не сможешь выбраться; тогда, когда последняя страница книги, чье название долго жило где-то в дальнем углу твоего разума, выбираясь из него в редкие солнечные дни осенней депрессии, была перевернута ссохшейся рукой старика, которым ты станешь в тот момент, когда на дальнем острове, где доживают свой век кумиры прошлого века, играя целыми днями в шахматы и надеясь, что их народ вновь призовет их к власти, вспыхнет в последний раз береговой маяк, похожий на кулак одного индейца с южного берега Амазонки; только тогда ты наконец-то поймешь, что ты - не седой мужчина, лежащий сейчас в своем кабинете на полу в мундире без знаков отличия, окруженный грифами, прилетевшими в замок, где-то когда-то его мать раскрашивала серых птиц заморскими красками, превращая их в павлинов и попугаев, клевать его старческую плоть, что ты - не королева красоты квартала Собачих Драк, исчезнувшая в ночь прохождения кометы, а читатель, закрывающий книгу; и тогда, когда ты погасишь светильник с лампочкой, мерцающей в густой темноте твоей комнаты, закроешь, наконец-то, окно, в которое врывается сырой августовский воздух приближающейся осени, закроешь глаза и поймешь, что эра безвременья кончилась.

  Маркес - гений.

  6

  51