Рецензия на книгу

• 

  guildenstern10 октября 2009 г.

  Я искренне считаю Тома Стоппарда гением, и не только за "Розенкранца и Гильденстерна" (которые, конечно, мои самые любимые) и "Изобретение любви" (которое мне профессионально близко), но и за "Берег утопии", фактически — эпос, написанный для постановки на сцене, об истории русской революции.
  Когда я прочитала впервые "Берег утопии", я оценила масштаб этой вещи, силу эрудиции сэра Тома и его умение делать персонажей живыми, с их собственными чувствами и проблемами, которые пи этом уживаются с гениальными идеями. Потом я посмотрела спектакль в РАМТе (как известно, ставившийся под присмотром сэра Тома) и осознала, сколь много всего я упустила при первом прочтении. Во-первых, я не сразу заметила большую часть иронии и недооценила истинную реалистичность героев. Во-вторых, конечно, вечный вопрос о смысле заглавия; но это вопрос слишком важный, чтобы говорить о нем вот так наспех. В-третьих, только сейчас я задумалась о настоящей русской революции, той, которая — увы! — таки случилась в начале прошлого века. Ведь вот они все, эти люди, их идеи, вся эта интеллектуальная элита и атмосфера постоянного сопротивления, постоянного размышления и появления в разной степени конструктивных идей (то, чего мне не хватает в современной действительности) обо всем на свете: о литературе, о судьбах родины, об отношениях... И вот — большевики.
  Хотя, конечно, у сэра Тома во многом получилась пьеса не только о любви, дружбе и благих намерениях, которыми (намерениями, не любовью с дружбой) вымощена дорога к Карлу Марксу (что характерно, он выведен как персонаж если и не отрицательный, то по крайней мере нелепый), но и том, что молодежь часто бывает глупа, слепа и жестока по отношению к тем героям, которые неимоверными усилиями расчищали ей дорогу.

  Моя любимая часть — первая, потому что в ней выведена мирная жизнь семьи, и над идеями Бакунина еще никто не смеется. И как же грустно, когда этот райский уголок рушится к чертям. И как же это жизненно, черт побери.

  17

  69