Рецензия на книгу

• 

  Gaz12 августа 2014 г.

  Мне импонирует манера Кундеры давать своим произведениям односложные названия. В книге с выведенной на обложке «Неспешностью», «Подлинностью», «Бессмертием» может быть что угодно (кто-то ждёт от чешского живого классика вялотекущих циклических предложений на три листа, или — что перед нами предстанет какой-нибудь герой чтива о вампирах?). Так что за чтение «Неведения» можно браться совершенно без опасений — сообразно его названию. Книга о незнании? Делов-то!

  Йозеф и Ирина — эмигранты. Ирина и Йозеф — кундеровские женщина и мужчина: интеллигентные, чистоплотные, умудряющиеся даже портиться возвышенно и осмысленно, печальные и удивительно, патологически!, внимательные к движениям собственной души. Здесь это и тешит, и злит — как герои Кундеры находят волшебные, грустные, выспренные, узнаваемые с первого прочтения, такие ясные, простые и до невозможности литературные, оторванные от вообразимой речи, от «аматорского» мироощущения читателя, слова? Почему узнаешь эти выпуклые, внятные чувства — узнаешь, ни разу не испытав?..

  Даже не знаю, добрую ли, злую ли шутку сыграло со мной название романа. Потому что «Неведение» — книга в первую (она же последняя) очередь не о не-знании, а о не-бытии Там и Тогда; о ней — жизни, прожитой не здесь, о Ностальгии. И, если в «Невыносимой лёгкости бытия» (в самой по-/читаемой книге Кундера попирает лаконизм) патриотизм и тоска по миру, оставшемуся в других пространстве-времени, звучат контрапунктом, то здесь они солируют, диктуя все мысли и поступки героев, порождая все смыслы текста. Увы и ах — исчерпывая их.

  5

  132