Рецензия на книгу

• 

  Alla93

  14 июня 2014

  История:
  Я ничего не знала об авторе, пока не посмотрела сериал "Однажды в Одессе или Приключения Мишки Япончика". Очень колоритная экранизация, оставляет необыкновенные впечатления, а после просмотра так хочется быть коренным одесситом :)).

  О книге:
  Люблю издательство "Азбука-классика" за полезные статьи и комментарии в начале книги, когда ничего не знаешь об авторе бывает очень полезно их прочитать и понять с какими событиями в жизни автора и почему было написано то или иное произведение.
  В данной книге также есть автобиография Исаака Бабеля, которая уместилась на одном листе и небольшой автобиографичный рассказ автора (под названием "Начало") о его становлении и неслучайной встрече с Максимом Горьким, который в то время был редактором журнала "Летопись" и находился в поиске новых авторов.

  
  Горький позвал меня в кабинет. Слова, сказанные им там, решили мою судьбу.
  "- Гвозди бывают маленькие, - сказал он, - бывают и большие - с мой палец. - И он поднес к моим глазам длинный, сильно и нежно вылепленный палец. - Писательский путь, уважаемый пистолет (с ударением на о), усеян гвоздями, преимущественно крупного формата. Ходить по ним придется босыми ногами, крови сойдет довольно, и с каждым годом она будет течь все обильнее... Слабый вы человек - вас купят и продадут, вас затормошат, усыпят, и вы увянете, притворившись деревом в цвету... Честному же человеку, честному литератору и революционеру пройти по этой дороге - великая честь, на каковые нелегкие действия я вас, сударь, и благословляю..."
  
  Краткость содержания соперничала в моих творениях с решительным забвением приличий. Часть из них, к счастью благонамеренных людей, не явилась на свет. Вырезанные из журналов, они послужили поводом для привлечения меня к суду по двум статьям сразу - за попытку ниспровергнуть существующий строй и за порнографию. Суд надо мной должен был состояться в марте 1917 года, но вступившийся за меня народ в конце февраля восстал, сжег обвинительное заключение, а вместе с ним и самое здание Окружного суда.
  
  Горький все читал, все отвергал и требовал продолжения. Наконец мы оба устали, и он сказал мне глуховатым басом:
  

  • С очевидностью выяснено, что ничего вы, сударь, толком не знаете, но догадываетесь о многом... Ступайте посему в люди...

  
  И я проснулся на следующий день корреспондентом одной неродившейся газеты, с двумястами рублей подъемных в кармане.

  5 понравилось

  0

  61