Рецензия на книгу

• 

  blue_blue_leo10 июня 2014 г.

  С превеликой осторожностью отношусь к страстным поборникам любого рода чистоты. Языковой – в том числе. Несмотря на это, был застигнут врасплох джихадом, объявленным уважаемым автором «неверным», «глухим» и бесталанным писателям, редакторам, переводчикам и всем, кто имеет нахальство пользоваться великим русским языком, не прочувствовав и не познав его во всей полноте. По сути, я уже подписал себе приговор, использовав иностранное слово джихад, когда можно было найти русский заменитель...

  Большую часть «Слова живого и мертвого» Галь использует для того, чтобы ткнуть носом коллег по перу в ошибочное, по ее убеждению, употребление языка. Выглядит это бестактно и часто истерически, при этом высокий уровень культуры Галь мало сглаживает отсутствия у нее чувства смешного, необходимого в столь деликатных вопросах.

  Две трети книги представляют собой склейки бесчисленных примеров «ошибок» других и авторских восклицаний «как можно было такое написать?!» Своеобразный поток сознания. Проку от деления на главы я – честно – не заметил.

  Зато как меняется ее тон, когда Галь оставляет неблагодарное дело крушить других, а вместо этого рассказывает о собственных переводах, о трудностях, с которыми она столкнулась при работе над «Маленьким принцем»... И предстает совсем другой – ранимой, не чуждой сомнений и... честной что ли?

  Следующая часть посвящена друзьям Норы Галь, переводчикам одной с ней школы. Это самые хвалебные страницы книги, комплименты раздаются направо и налево. И вместе с тем, нельзя не признать, чаще всего это и вправду хорошие примеры перевода.

  Как вы понимаете, у меня смешанные чувства от «Слова». Безусловно, книга полезная... и вместе с тем трудная. По каким причинам – я постарался объяснить выше.

  8

  98