Рецензия на книгу

• 

  Gato_del_Norte6 июня 2014 г.

  Колумбина. Начало.

  
  Гнев, о богиня, воспой Ахиллеса, Пелесова сына...

  Так начал бессмертную "Илиаду" знаменитый певец античного мира Гомер. Авторское начало показывает - будь он зрячим, то смотрел бы на окружающий мир точно не сквозь розовые очки. Первая же строка как бы намекает не сулит ничего хорошего ни Ахиллесу, ни другим античным героям. Но то - иная эпоха, иные песни. А теперь для контраста:
  

  
  Утро, с которого всё и началось, было замечательным. Прекрасное майское утро.

  А так начал Стивен Кинг свой роман под название "Ярость". Ничто не предвещало бури. Но розовые очки блаженства слегка приспущены, и чуткие читательские носы уже могут уловить запах приближающейся катастрофы. Атмосфера просто идеальна для настоящего триллера.
  Место действия романа - ну конечно, маленький провинциальный городок, где все на виду у всех. В тихих омутах известно какие существа водятся. К тому же у главного героя Чарли Деккера репутация соответствующая. Одноклассники считают его наполовину психом, а он всего только хочет... эээ, чего там обычно хотят проблемные подростки... Ах да, хочет, чтобы его услышали, чтобы его обращение всколыхнуло что-то в душах одноклассников и горожан. Для этого он использует, прямо скажем, нешаблонный подход - убивает учителя и берёт класс в заложники. Никто не хотел слушать о проблемах Чарли Деккера, но теперь однокашникам придётся услышать его историю.
  По-американски банально, через описания физиологических особенностей организма, но Кинг упорно пробирается к теме психологии и начинает увлечённо копаться в душах героев. Да-да, в импровизированном сеансе психоанализа вместе с Деккером принимают участие и его заложники. Как выясняется, не только Чарли стал жертвой замалчивания, психологического давления и детских травм. Другие ребята также делятся своими переживаниями и скрытыми страхами. Чарли Деккер, типичный трудный подросток, предоставил им возможность выговориться. И за это они встали на его сторону, на сторону захватчика и убийцы. Против полиции, против близких и даже против здравого смысла.
  Что послужило причиной сочувствия захватчику? Стокгольмский синдром? Или всё лежит гораздо глубже? В нелёгком испытании не только детям, но и взрослым предстоит разрушить берлинскую стену непонимания и оказаться услышанными.
  С психологической точки зрения роман безупречен, эта сторона особенно хорошо удаётся Стивену Кингу. Но вопрос, который стучал у меня в висках на протяжении всего романа: "Где ярость, где она?!". Препарирование детских комплексов и подростковых проблем, низкого сорта демагогия и прочая рефлексия имеются в изрядном количестве. Где же моменты, когда кровь должна застыть в жилах? Где висящее в воздухе напряжение, нагнетаемое до самой последней страницы?
  Это не триллер, не ужасы, а типичный психологический роман. И прочитав его, американский подросток лишь укрепится во мнении, что ему в любом случае необходим психоаналитик, независимо от реальной нужды в нём. Хорошо это или нет, решать не мне. Но есть в "Ярости" один странный момент, не поддающийся логическому объяснению.
  Ничто не предвещало бури в этом романе Стивена Кинга. И точно так же ничто не предвещало страшные события в Колумбине и в других школах. Возможно, Кинг оставил ключ к пониманию этих событий. Оставил, хотя "Ярость" была написана задолго до страшных происшествий в американских школах. Временной парадокс или талант автора? Я всё же выберу второе.

  14

  55