Рецензия на книгу

• 

  grumpy-coon31 мая 2014 г.

  «Ну вас-то, конечно, расстреляли» - (один старый анекдот).

  Поступай с другими так, чтобы твой поступок одобрил Фюрер.

  Ну и всё, да. Вот оно – чтобы кто-то сверху, какой-нибудь дяденька в фуражке посмотрел на тебя добрыми глазами, дал пряник и погладил по голове. Ну или хотя бы чтобы ремня не всыпали. Вот так и делай, молодец, хороший мальчик.
  Ай, какая мерзость, да? Фуфуфу, какая гадость, да? Уберите это, унесите это, оно меня оскорбляет, да? Да? Да, мать вашу? Так вот же оно, вот с этого всё и начинается, всё это дерьмо, про которое вам так не нравится читать, которое вам так не нравится видеть. С того, что все, все закрывают глаза на неприятное, на некрасивое, на не такое как они. Действительно, чего жалеть евреев, цыган или геев? Они же не люди? А? А чего, пусть их расстреляют. Пусть расстреляют их, их друзей и друзей их друзей. И сочувствующих. Тогда мы заживем, правда? Ну правда же? Чтобы нам всем стало лучше, пусть не станет тех, кто нам не нравится, ну верно же, ну признайтесь.
  Ну и вот. А чтотакова? Ауэ делал свою работу. Делал хорошо, между прочим, как умел. И то, что его приставили к награде аж из рук САМОГО – оно же показатель, верно? А то, что людей расстреливал, так это работа такая, бывает и хуже, наверное. Ну, то есть, ведь хуже, когда тебя расстреливают, верно? Да и не очень они и люди были-то, фюрер сказал, а фюрер – отец и бог, ему-то зачем врать?
  И то, что с течением времени Максу становится всё хуже – о, на это у меня масса вариантов.
  Например, вариант человеческий: был Ауэ и до войны повёрнутый, а все эти расстрелы-сталинграды еще больше раскачали его и без того не очень устойчивую психику. Вот и пошло-поехало: вылезла психосоматика, потому, что оправдывать себя можно сколько угодно, можно даже вроде бы верить в то, что говоришь, но подсознание не обманешь, не заболтаешь, ей пофиг на это твоё блаблабла, по её мнению, ты, милый оберштумбанфюрер, слегка подохренел, нарушая все табу, которые тебе в голову маменька вбила, с папенькой и еще тыщей поколений до них. Потому что трахаться в жопу – особенно, если ты на самом деле не по этой части, это табу, хотя, скорее, всё же культурный блок. Из серии «вообще-то нельзя, но…», а вот если вспомнить, что оно –то инцестом справоцированно, которое однозначное табу в европейской культуре (не будем вглядываться в глубь веков, для формирования стойкого табу достаточно трёх и более поколений). И убийства табу. Что массовые, что персональные. Персональные, они, конечно, травмируют больше, несмотря на, но об этом отдельный разговор нужен, сейчас мы про какашки в голове у господина офицера, верно? Ну так вот же они, положили. Всё, что ему снится, и все его проблемы с жкт – они отсюда и вытекают же. Подсознанию поехавшего, но не очень на самом деле плохого человека Ауэ (ну не был он плохим, не был. Особенно вначале всей этой фигни по имени вторая мировая. Повёрнутым – был).
  Или вот, например, вариант мистический, очень уж мне нравится эта дырка у него в голове, после которой совсем уж мракобесие давай твориться. А дырка в голове это у нас что? Правильно, господа с тибета – это у нас третий глаз, он же связь с потусторонним миром. Те, которые с заснеженных вершин, правда, по старинке – коловоротом прокручивали и пробкой затыкали: захотел с духами пообщаться - вытащил. Надоели потусторонние – заткнул обратно и живи спокойно. Но откуда ж им взяться в условиях голодающе-холодающего сталинграда-то? Бери чо дают и иди с миром: но мозг не задет, какэто? А вот такэто. И непонятно, то ли помер наш офицер на том снегу у тех постов, то ли не помер, то ли было, то ли не было, а только стало потом всё куда хуже. Ну так никто радуг с понями не обещал же. Иди и смотри, ага.

  На самом деле, про всю многогранную многостраничность этого очень увесистого тома можно писать диссертацию, я думаю. Две. Пять. Докторскую. Не знаю. Ненавижу книги про войну, фильмы про войну. Вообще «про войну» ненавижу. Хоть наши победят. А им каково? Вот тем, чьи «наши» не победят, а? а? Почему весь мир пытается забыть то, что было, кто что сделал и не сделал, и только мы гордимся целый один раз в год? И я иногда думаю, что не лучше ли тоже зарыть это всё, все эти «ура!» и «зародинузасталина!» и забыть весь этот ужас?
  А потом смотрю вокруг и думаю, что нет. Нет. Нетнетнетнетнет. Надо все это вонючее, ужасное, все самые мерзости наружу. Чтобы никогда больше.
  Вообще никогда.
  Мирного неба хочу, да.

  30

  239