Рецензия на книгу

• 

  More-more26 мая 2014 г.

  Сижу в каком-то параллельном измерении, перевернув последнюю страницу этой книги.
  Дело в том, что её читать невыносимо. Больно, страшно, опасно для психики, нет, все не то, это все не так.
  На самом деле книга легко и прекрасно читается. И если бы меня спросили, то я бы ответила, что каждый человек, владеющий русским языком, в своей жизни обязательно должен прочитать её.
  Но вот я сижу и думаю о том, что по сравнению с этими женщинами о жизни, о выживании, о смерти совсем ничего не знаю. Потому что я не-могу-понять, я думала об этом долго. Но до меня не доходит, КАК. Почему они уходили на фронт.
  Где был их инстинкт самосохранения.
  Почему они оставляли своих родителей и уходили.
  Почему они убивали новорожденных детей.
  Почему они убивали, Господи???
  Я знаю об особенностях психологии и поведения людей в экстремальных ситуациях, возможно, отчасти объяснение состоит в этом. Их не призывала ни Родина, ни Сталин. Они шли сами.
  Но ведь они все были зомбированы. Как и немцы присутствием и речами Гитлера. Никто, никто, никто не подумал о себе. Ни одна женщина.
  И тогда Светлана Алексиевич ответит вам на все вопросы: потому что эта книга о милосердии.
  И вот они на войне, и спорят, кто выстрелит первым. Девочки, которым по 17-18 лет...............
  Эти девочки никогда больше не смогут носить красное.
  Многие не смогут родить после войны.
  После войны никто из них не будет знать, как жить дальше.
  Могу представить, насколько эта книга разорвала общественность, когда ее наконец-то опубликовали. Потому что в ней женщины говорят о том, о чем вспоминать было не принято.
  О том, как было тяжело и страшно первый раз нажимать на курок. О том, как хотелось к маме.
  О том, что они все-таки были женщинами со всеми вытекающими отсюда последствиями.
  Один из самых главных и сильнейших по силе воздействия рассказов Светлана Алексиевич приберегла на последних страницах книги. Женщина тащит на себе двоих раненых с поля боя...
  

  
  Вдруг я обнаруживаю, что тащу одного нашего танкиста и одного немца… Я была в ужасе: там наши гибнут, а я немца тащу. Там, в дыму, не разобралась, одежда на них полусгоревшая, они оба стонут, они же не разговаривают. Никак не разберешь. А тут я разглядела, что чужой комбинезон, все другое. Что делать? Я протащила нашего раненого и думаю: «Возвращаться за немцем или нет?» А уже близко осталось тащить, и я знаю, что если я его оставлю, то он через несколько часов умрет. Он истечет кровью…

  Именно этот монолог читала в театре на одном из экзаменов моя хорошая знакомая Таня из Москвы. Я всю книгу ждала именно этот момент, предварительно проревевшись, когда посмотрела видео с Таней.
  И что делать? Как бы поступила я на месте этой женщины? А вы? Пошла бы я спасать Родину в 17 лет?
  И действительно ли у женщины не может быть одного сердца - только для ненависти или только для любви?
  Милосердие с одной стороны и убийства сотен тысяч людей с другой. Это не поддается оценке.
  После этой книги безумно хочется выпить водки.

  33

  230