Рецензия на книгу

• 

  JewelJul6 мая 2014 г.

  Монументальный труд. Глыба. Колосс Толстовский. Роман мужской-перемужской, дамам читать с осторожностью и только на трезвую и бодрую голову.

  В этом романе Толстой рисует нам картины, от которых тошно, потому что за почти 4 века ничегошеньки в России не изменилось. Ну ладно, изменилось, не настолько все брутально и по-нищенски: детская смертность снизилась, болезни лечим, в лицо не грубим, плетьми не хлещем, баб не бьем, труд не рабский, но... менталитет Емели на печи не вытравить ничем.

  Но попытки предпринимать все же надо, и вот первая такая попытка что-то изменить была совершена Петром Первым, или Петрушей, как его мама звала, Наталья Кирилловна. Долговязый любопытный мальчишка с посттравматическим стрессом после стрелецких бунтов, когда они с матерью еле-еле выжили, а самому ему пришлось наблюдать дичайшие картины насилия, постепенно становится великим полководцем Всея Руси, еще более великим реформатором боярской системы управления. Сколько же всего он сделал, тут не счесть, недаром эпохе Петра посвящено так много глав в учебниках истории.

  В книге реформ почти нет, сразу скажу, а есть глубокий анализ процесса становления великой личности: юность с мамой, забавы с потешными полками, на которые уходила прорва денег, знакомство с Алексашкой, то есть с Александром Даниловичем Меншиковым, что учил царя иголку через щеку продевать, женитьба по велению матери на Евдокии Лопухиной, не подходящей ему ни умом, ни темпераментом, борьба с Софьей, сестрой-царицей, первые военные провалы, когда "да я, да как налечу, да все города сворочу, да жизни солдат положу, но Азов будет наш". Не будет, Петр, не будет, вот так просто ничего не бывает. И Руси так просто ничего не далось.

  Как же страшно читать эти зарисовки крестьянского, купеческого быта, да какого там быта, как это бытом-то назвать можно? Борьба за выживание это, которую мужики да купцы в основном проигрывали. За теми, кто справился, кто прорвался наверх, наблюдать было бы даже радостно, если бы не было так грустно. Хитрющий проныра Меншиков, всем бы хорош, но вор. Красавица Санька, так стремящаяся в Париж, хотя все детство босиком по снегу за папкой бегала. Практичная Анна Монс, мечтающая о стабильности, а получившая любовь царя со всеми "привилегиями". Катерина, прошедшая солдатню и Меншикова, прежде чем стать императрицей Екатериной I.

  Это один из лучших исторических романов, глубочайший по тонкости исполнения, но читать его было тяжело.

  29

  486