Рецензия на книгу

• 

  frabylu2 сентября 2023 г.

  Первый парень на деревне

  Мое новое книжное перерождение в этот раз напоминало скорее фильм, чем игру: я плыл в кромешной тьме и смотрел на мир через небольшой прямоугольный экран, но никак не мог повлиять на происходящее за ним. Я оказался заперт в условностях. Оставалось лишь молча аки недовольный рыб наблюдать за зрелищем, которое хотел показать мне боженька-автор, — ведь даже возможности сдавленно материться у меня в этот раз не было. Зато нелюдовский Заступа по имени Рух Бучила матерился за десятерых — горжусь им, почти как если бы сам воспитал. И вот ведь что любопытно. На первый взгляд, это просто похабщина-бескультурщина, чтобы приличных людей отсеивать, но не все так просто. Заступа — это такая должность при селе, которую обычно занимает нелюдь, договорившийся с селянами, что будет защищать их от всякой прочей нелюди, нечисти, нежити в обмен на небольшую плату (натурой, вестимо). Ну и раз уж речь идет о защите от злых сил, то смекаете, какое тут первейшее средство? Да, это матерная ругань, тот самый мат, который выступает в роли слова-оберега. И только потом идут всякие там тесаки с серебряной вязью, алхимические зелья и бомбы, волкомейки с расширенным дулом и прочие подручные орудия для усекновения гадов.

  Это не единственное народное поверье, которое в книге стало рабочей фантастической схемой. Как превратить девку в снегурку, как обхитрить черта, как нагадать богатого жениха, как распознать подменыша, как соблазнить русалку, как провести переговоры с домовыми и какие клятвы взять с лешаков, — Рух Бучила знает ведьмачьи лайфхаки на любой вкус, и все у него рабочее. Меня прямо зависть берет, сколько всего полезного он знает. Правда, русским духом от всех его знаний так и несет, я бы даже поморщился, если бы у меня был нос. Село Нелюдова Гарь, которое подрядился оборонять Рух, лежит где-то между Московией и Новгородом, среди болот да чащоб, возле древних чудских могильников, у подножия персонально руховской Лысой Горы. Но даже без явных подсказок я по одним только суевериям мог бы догадаться, что здесь пахнет настоящей Русью, — уж больно специфичное у русских магическое мышление, основанное на фольклоре. Долго прожив в разных точках восточно-славянского региона, начинаешь различать этот самый фольклор по запаху: где русско-татарский, где старопольский, где жемойтский, а где еще от киевского княжества остались ароматы, а где последние нотки духа дрыговичей. Впрочем, не будем о грустном.

  Итак, я мог наблюдать за Рухом Бучилой с первых рядов, поэтому мое впечатление о нем полное, но не окончательное. Он страшон, смешон, соблазняет баб направо и налево, кровопийца проклятый и в то же время — святая грешная душа, которую никто не понимает. Вроде бы низкая (клишированный) душонка (персонажик), и моя б воля, я б с таким ни в жисть не связался. Но воля была не моя, и чего уж теперь роптать на судьбинушку. Заступа хоть и герой для своего села, хоть и мудрец, каких свет (село) не видывал, хоть и непобедимая старуха без прорухи, а все ж — отрицательный он, не злодей, но грешник. Ну не нравится мне сопереживать таким, хоть ты тресни. Если уж согрешил, так покайся и не отсвечивай.

  Вестимо, это не первый случай на моей памяти, когда антигерой становится героем (и не первый раз, когда меня бомбит). Это даже не худший случай, тут хотя бы все чин чином: драматичная предыстория есть (хоть нам ее не рассказывают), светлое будущее есть (хоть нам его не показывают), влюбленные дамочки тоже в наличии, внутренние терзания превосходят даже самые смелые ожидания, поэтому читатель вынужден смеяться с героем, сопереживать герою, плакать вместе с героем, принимать трудные решения и сражаться плечом к плечу. Ну а то, что Бучила немного не человек — ну так у всех свои недостатки. Всяко он почеловечнее будет некоторых из людей, что встречались в рассказах. Человечней, сострадательней, справедливей. ХужеБолее того, в силу своей нечеловеческой природы Рух Бучила способен сострадать не только людям, но и нелюдям, нуждающимся в сострадании: чертям, домовым, мертвецам, пропащим душам, отъявленным грешникам и даже своим врагам. Гарный хлопчик, все при нем, читателю просто некуда деваться от его очарования. Все упырево и вурдалачье племя, вся нечисть и даже нежить молиться на эту книгу должны. (Но не я, даже если и отношу себя иногда к подвиду чудовища вредного и зубастого; даже если с каждой новой книгой я перерождаюсь в очередную неведому зверушку на потеху публике, как распоследний мутант, о, кем я только не был…)

  Так вот, мне не нравится, что в Рухе нет рефлексии и развития. Каким он был в самом начале книги, таким и остался. Можно было бы все рассказы поменять местами без потерь в психологической глубине. Ну, с другой стороны, этот лубочный персонаж мне ничем не обязан, а то, что персонажи книги должны быть психологически достоверными, должны развиваться и приходить к чему-то по ходу сюжета, — так это еще бабка надвое сказала. Верно я мыслю? Ни персонаж, ни автор мне ничего не должны, а я, цаца такая, недоволен.

  «Полста жен Руха Бучилы» — кратенькая вводная история, чтобы рассказать, что случилось после Пагубы в 1302-м году, каким стал мир и из какой срани господней повылезали орды чудовищ (из какой конкретно, не сказано, а жаль, я бы заглянул в нее). И кто такой Заступа и с чем его едят. А чтобы не скучно было, в конце добавлен сюжетный твист с женами, простенько, но со вкусом. Вкусом крови, разумеется.
  «Ванькина любовь» мне понравилась, хотя и не вся: описаны почти все те же самые события, что в первом рассказе, но с точки зрения других персонажей. Чтобы жизнь заступова жизнь медом не казалась. Ваньку жалко, дурак, но что с дурака взять? Остается только жалеть, как я непременно делаю со всяким влюбленным дураком в любой книге, да и в жизни тоже (ладно, в реальной жизни я только глаза закатываю, когда мне очередной балбес начинает душу изливать о зазнобе своей, но и это, думаю, скоро делать перестану — то ли жалости для них жалко, то ли рана зажила).
  «Птичий брод» был самым многообещающим рассказом, пока я не дошел до конца и не убедился, что больше могучий колдун с Птичьего брода в книге не появлялся, а потому так и остался до конца непобежденным злодеем, который тупо сбежал от Бучилы, хотя был сильнее него. Зато страшила Пантелей — преданный друг и соратник, добра душа, хоть и мертвяк, — вызвал умильную улыбку узнавания, ведь было в нем что-то от Грута, если вы понимаете, о чем я.
  «Ночь вкуса крови» оказалась неплоха как минимум содержательно: домовые, лешие, демоны, призраки, святой дух, злой дух, пришествие антихриста, насилие в семье, материнская молитва, любовь святого отца и т.д. Начинается немного банально: с подмены младенца на бесовское отродье, но потом разворачивается красиво, даже незаурядно, и заканчивается на драматичной ноте. Что есть грех? И что не грех? Не думаю, что я встречал хоть где-то подобный сюжет, и весь рассказ тянет на неплохой такой готичный роман. Если бы на Руси в 15 веке писали готичные романы.
  «Все оттенки падали» как будто по всем статьям отдают дань первому и неповторимому Ведьмаку, отчего нещадно скрипят на зубах, когда пытаешься их пережевать. Все архетипы типичных ведьмачьих историй на лицо: от похотливой колдуньи до горделивого вояки-ротмистра, от бус из отрезанных ушей до швейно-некромантских талантов и прочего по списку в том же духе. Ни от одного из рассказов так не разило аллюзиями, как от этого, но что одному минус, другому плюс.
  «Алая лента» — рассказ ни о чем. Пошли толпой в какие-то Мглистые топи, чтобы помародертсвовать в курганах, а вернулись вдвоем — Рух да Федька, причем, второе ополоумел от любви к Владычице Болотной. От кого по болотам убегали и что это за женщина — ничего толком не ясно. Болотная сказка о любви человека с хвостатой русалкой? Не такими я себе представлял болотные сказки.
  «Подарок на Рождество», если выбирать лучшее из лучшего, по мнению Руха, — это, видимо, смертушка. А самая прекрасная история на Рождество — это история мести. История девушки, задумавшей отомстить, поверхностна, ей можно посочувствовать, но только на полпальца, в целом же ни ее беда, ни задуманное ею злодеяние взрыва восторгов не вызывают. Ну убивала и убивала. Ну пользовалась странной магией и пользовалась. Но это та самая история, в которой люди страшнее монстров, — и это ее единственное достоинство. А, нет, еще из плюсов черт Василий, но это каким же Руху надо быть неудачником, чтобы черт стал его единственным закадычным другом?
  «Зимняя сказка» повествует о Снегурочке и ее залюбленных жертвах (мммм, что она с ними такого делала, чтобы прям до смерти, интересно). Но — смертельная красота, понимаю, понимаю. Однако Снегурочка была создана и использована людьми, так что и в этой истории самый страшный монстр — не нежить, а человек. Из любопытного — ничего. Ну, разве только то, что жертвы Снегурочки не так добры и чисты, как положено невинным жертвам, а это о многом говорит.
  «Придет серенький волчок» — психологически самая интересная история, потому что в ней главный герой борется со умным, хитрым, изворотливым злодеем, который его откровенно ненавидит, поэтому убить Руха ему будет мало, надо уничтожить, сломить и опозорить. С самого начала, вестимо, было очевидно, что если ты не убил Заступу сразу, то можешь копать себе могилу, потому что он сделает все, чтобы тебя уничтожить. Поэтому главный злодей этого рассказа с самого начала был обречен. Но их борьба оказалась насыщенной, яркой, напряженной, было интересно следить за ней. Вот только в финале Рух сделал злодея как щенка, и такой смазанный финал уже не так впечатляет.
  «Чуть светлей» — это последняя из историй про Руха Бучилу, написанная, кажется, даже в этом году. Намного сильнее, чем предыдущие пять, а еще бонусом в ней фигурируют черт Василий, похотливая ведьма и широкий городской бестиарий. Однажды в новогоднюю ночь черт похитил кузнеца и черевики древнюю магическую статуэтку, которая отчего-то всем была страсть как нужна (для потенции штоль), поэтому на черта ополчился весь город, а точнее, и преступные «шишки», и секретные госорганизации. Черт спрятался под нетопыриным крылышком Руха Бучилы — тут-то и началась самая потеха с погонями, перестрелками, заложниками, интригами, взломами, трупами и кровищей. В общем, как всегда ни минуты без приключений, а Руху как всегда больше надо всех. Ничего нового, но все равно интересно.

  О, и тут внезапно меня озарило. Хотя наблюдать за бытием Заступы мне было довольно весело, меня всегда раздражала эта его туманная мотивация. Почему он в каждой бочке затычка? Почему он не может спокойно пройти мимо загадки или малейшей неясности? Нужно все выяснить, со всем разобраться, всех победить и всех спасти. С матерком и шальным ветерком, вестимо. И хотя Рух Бучила — (анти)герой, он все равно такой же веселый мужик, ответственный, обстоятельный, хитрый, сильный, любящий пошалить, как и все прочие мужики на селе. Как будто разница между ними несущественна. Он даже не показался мне особенно умным (просто полувековой опыт на должности Заступы не пропьешь), он свой в доску для простого мужика и порой даже более человечный, чем обычный человек. Но ради чего все это? Зачем заключать договор и защищать людей? Это как если бы пиранья добровольно поселилась в аквариуме, чтобы уничтожать любое упавшее в воду насекомое, защищая, например, выводок гуппи, живущих на дне, — нелепо. И подозрительно. Возможно, какая-то нездоровая форма привязанности к своему рациону? В девятом рассказе есть намек на причину, но такой скользящий и ничего не объясняющий, что мне остается только биться лбом о стекло аквариума.
  Есть только одна фраза, способная обезоружить меня, лишив всех претензий и доводов. А кто, если не он? Этой фразой Рух Бучила может оправдать свою жертву на алтарь грешности, свою отверженность и одиночество, которые он скрывает за маской «простого, своего в доску парня». Хвала Бору, Аллаху и всем Безымянным Богам, я всего раз в жизни встречал такого человека — это было грустно. Поэтому в итоге, после этого двухстраничного потока я так и не пришел к окончательному выводу — хорошо ли это было, если нет, то почему, если да, то зачем?

  P.S. У этого сборника есть только один реальный, жирный и неоспоримый плюс. В аудиокниге фоновой музыкой поставлен саундтрек из игры про Ведьмака — и хотя меня триггерило всю дорогу, было очень легко проводить параллели, воображать описываемое и ощущать полное погружение в мир любимой игры благодаря этой музыке. И теперь я планирую положить большой и жирный болт на все дела, установить Третьего и играть до посинения. И пусть весь мир подождет.

  14

  481