Рецензия на книгу

• 

  Аноним30 апреля 2014 г.

  Неоднозначные впечатления остались от «Сандро из Чегема». В первую очередь, потому что пресловутый Сандро вовсе не является главным героем этого романа, состоящего из тридцати двух новелл. Главный герой романа – абхазский народ в целом и жители села Чегем в частности.
  Начавшись как плутовской роман о похождениях Сандро Чегемского, в дальнейшем книга превращается в роман о жизни чегемцев. Сам Сандро может быть героем новеллы, отсутствовать в ней или просто упоминаться. Героями двух новелл являются животные. Честно говоря, именно эти истории показались мне самыми неправдоподобными: слишком уж очеловечены мул старого Хабуга и буйвол Широколобый.
  Каждую новеллу можно читать как отдельный рассказ, но в каждой последующей может быть ссылка на событие, упоминавшееся в одной из предыдущих.
  Рассказ об абхазах – это, прежде всего, рассказ о мужчинах. В этом патриархальном обществе сильны старые традиции, которые, увы, уходят в прошлое с каждым новым поколением. Даже сам рассказчик – племянник дяди Сандро – отходит от них всё дальше и дальше.
  Уважение и почёт старшим, умыкание невест, гостеприимство, кровная месть. О, о гостеприимстве абхазов Искандер пишет очень много! Поездка куда-нибудь непременно превращается в застолье, для которого радушные хозяева зарежут курицу, козу или быка. А уж традиционную мамалыгу готовят так часто, что мне даже захотелось её попробовать.
  Жизнь чегемцев показана на фоне исторических событий XX века. Колхозы, сталинские репрессии, Великая Отечественная война. Действие, если я не ошиблась в расчётах, доходит до середины 70-х годов.

  Искандер-рассказчик похож на одного из своих героев:
  

  
  – Папа, что у тебя за привычка, – раздраженно обернулся он на отца, – вечно ты начинаешь рассказывать про одно, а потом тебя заносит совсем в другую сторону?!
  – Да! – кивнул отец и с некоторым смущением взглянул на Зенона, сидевшего рядом на диване. – Его мать тоже за это часто меня ругала. Я как-то увлекаюсь подробностями и захожу в какие-то никому не нужные дебри… Его мать тоже меня часто упрекала в этом…
  Было похоже, что он с удовольствием повторил эти слова. На самом деле, по мнению Зенона, упрекать его было не в чем. Он был прирожденным рассказчиком, и ветвистость его рассказов только подчеркивала подлинность самого древа жизни, которое он описывал.

  Помимо этого хочется отметить странные конструкции предложений с тавтологией и неверно употреблёнными причастными оборотами. А также странные сравнения и эпитеты. Вот на этом описании я зависла надолго:
  

  
  Когда мы пришли в ресторан, столы были сдвинуты и уставлены холодными закусками и разнообразными бутылками. На белоснежных скатертях бросалось в глаза:
  Смородинная прозрачность красной икры. Скрежещущая свежесть зелени… Черная икра лоснилась в большой плоской тарелке, как сексуальная смазка тяжелой индустрии. Так и представлялось, что едят ее, обсасывая и выплевывая подшипники, как косточки маслин.
  Кротость поз молочных поросят напоминала детоубийство вообще и убийство царевичей в особенности. Аптечная желтизна коньячных бутылок, заросли которых, густея в голове стола, переходили в смешанный винно-водочно-шампанский лес с совершенно одиноким экземпляром коньячной бутылки на противоположном конце стола, как бы в знак того, что это породистое красное дерево в принципе может расти и там, на засушливых, удаленных от начальства землях. Плодородие столов несколько менее заметно, но тоже ослабевало в ту сторону.
  В воздухе стоял роскошный венецианский запах гниющего моря.

  Ну и, наконец, отступления-размышления о чём-то делают некоторые главы невыносимо скучными. Особенно ужасна в этом плане глава «Кутёж трёх князей в зелёном дворике».

  В целом же, знакомство с Искандером оказалось довольно интересным и познавательным. Теперь очень хочу посмотреть фильм, снятый по мотивам новеллы «Пиры Валтасара».

  10

  65