Рецензия на книгу
Памятник крестоносцу
Арчибальд Кронин
Gato_del_Norte29 апреля 2014 г.Спор между жизнью и искусством
Не спи, не спи, художник,
Не предавайся сну.
Ты - вечности заложник
У времени в плену.Б. Пастернак "Ночь"
Есть что-то особенное в книге ещё неизвестного тебе автора. Переворот первой страницы схож с первым шагом альпиниста, начинающего путь к непокорённой вершине. Он делает его, ещё не зная, какой вид откроется ему с небесной высоты, поразит ли его разворачивающийся под ногами простор, или же все земные красоты окажутся затянуты дымкой облаков.
Таким же неизвестным и манящим оставалось для меня творчество Арчибальда Кронина. Оставалось до поры до времени, до первого шага. Этот шаг нужно было сделать, и наконец, я добрался-таки до заветного томика с интригующим названием "Памятник крестоносцу".
Почему именно интригующим? Я ожидал чего-то проникновенно католического наподобие "Quo Vadis", и на первых страницах Кронин только укрепил меня в этих предположениях, предваряя рассказ описанием жизни приходского священника Бертрама Десмонда. Но в дальнейшем фокус смещается на его сына, талантливого художника, оказавшегося настоящим новатором в искусстве. Ради своего призвания Стефен идёт даже против воли отца, который хотел бы видеть его продолжателем своего дела на приходе. Неприятие критиков тоже не останавливает молодого художника, и для совершенствования он едет за границу, где на его долю выпадают беды и радости, любовь и нужда, но самое главное - возможность творить.Что примечательно, вопреки не слишком интригующему сюжету, передо мной оказалась книга, располагающая к мысли. Над этим произведением хочется остановиться подольше, не проглатывать страницы залпом, а не спеша пораскинуть мозгами. Такое ощущение, будто Кронин по ходу повествования задаёт читателю написанные между строк вопросы, вовлекая того в своеобразный диалог. Начать хотя бы с названия. Что хотел показать английский писатель, именуя Стефена Десмонда "крестоносцем"? Вряд ли средневекового рыцаря, рубящего в капусту сарацинов. У слова "крест" здесь скорее евангельское прочтение, крест как выбранная стезя, крест как синоним чаши, которую нужно испить до дна. Если у каждого он свой, то какая же ноша легла на плечи молодого художника? Самая тяжёлая, какая только может выпасть творческому человеку - непонимание. Презрение ограниченных критиков. Невозможность выразить себя в искусстве.
Жизнь научила глубоко впечатлительного по натуре Стефена выдержке и самообладанию, что помогло ему оставаться хотя бы внешне невозмутимым под ударами судьбы. Но так больно били его враги, так часто язвили насмешками, что он достиг в конце концов той степени свободы духа, которая позволяла ему не слышать, что о нем говорят, не замечать, что с ним происходит.Однако Кронин не зацикливается на проблеме непризнанного мастера, в его "Памятнике" есть и несчастная любовь, и конфликт отцов и детей, закостенелость уходящего и цинизм нового поколений, - и всё это можно охватить одним словом - полифония. А это значит, что Кронин не сочиняет роман. Он живописует действительность, и эта картина жизни, вобравшая в себя великое множество деталей, поражает воображение читателя подобно полотну Иеронима Босха. Но центральным звеном, связывающим мозаику проблем воедино, оказывается один вопрос, терзающий автора. Ради чего? Стоит ли искусство таких жертв?
И, вспоминая муки и разочарования целой жизни, слишком поздно, лишь посмертно, увенчанной признанием, он спрашивал себя: стоила ли игра свеч? Стоит ли хоть одна картина на свете- пусть даже величайшее произведение искусства,- чтобы за нее платить такой ценой? Что же такое, в конце концов, красота, ради которой люди готовы перенести столько страданий и даже пожертвовать жизнью, подобно святым мученикам, умиравшим когда-то за веру? Бертраму казалось, что этот спор между жизнью и искусством никогда не будет разрешен.Так считал отец Стефена Десмонда. Этот же вопрос: "Стоит ли игра свеч?", - задаёт всем нам Арчибальд Кронин. Задаёт для того, чтобы каждый смог выбрать свой вариант ответа. Чтобы каждый напоследок ещё раз возвратился к названию романа. Чтобы каждый смог понять одну простую мысль: призвание - это и большая радость, и большая печаль одновременно.
А сделать это довольно легко. Достаточно просто открыть "Памятник крестоносцу" и начать читать.23491
