Рецензия на книгу

• 

  verbaljack23 августа 2023 г.

  Руки, полные СИЛЫ

  Вторая часть трилогии «Боги в свете неона» тоже прочитана в формате бадди-рида с ksenyarg .
  Откровенно говоря, первая книга была не шедевр. Не из-за сюжета даже или вялой линии взаимоотношения героев, не из-за стиля написания. Дело было в том, что заявлен мировой конфликт и великая опасность, а герои сидят. Эта часть... она чудовищно проседает даже в сравнении со средненькой первой. Герои все еще сидят, но теперь их больше, а мотивации умерли окончательно.

  Учитывая количество чаепитий в квартире, первую книгу мы окрестили между собой как "Руки, полные чая". В этой чай поуменьшился. Эту мы называем "Руки, полные силы", потому что если бы мне платили за каждое упоминание СИЛ здесь, я бы уже свое издательство открыла.
  И дело не только в "силах". В книге тонна повторов про шелесты костей/бинтов/коготки мертвецов/праха/песка/придумай что угодно романтично-мрачное, что даже без прочитанной ранее первой части все ощущается чудовищно неоригинальным. Это уже даже не вторично, это третично. Причем даже самые оригинальные и красивые обороты успеют оскомину набить, чего уж говорить о, по сути, одинаковых выражениях, где максимум одно слово заменяется. В этой книге, как итог, авторский стиль не вывозит остальные минусы, а сам становится гирей, которая тянет все ко дну.

  Мотивации героев и их чувства... ну... да, ноль смысла. У нас все еще на руках мировой конфликт, и герои в опасности, но они успеют и концерт сыграть, и потусить с друганами, и несколько конфликтов из прошлых времен решить. Например, Анубис решает проблему нерешаемых поколениями «до» перерождений Персефоны. Потому что он теперь воскрешает. Причем сыграно это воскрешение тоже топорно:

  Персефона умерла (на тот момент никто не знает, окончательно или нет), у Аида страдашка, но она за кадром, а через две главы Персефона проснулась как ни в чем не бывало.

  В финальной битве окончательно умирает

  подружка Анубиса и дочь Аида,

  но он ее сразу же поднимает. Когда Анубису плохо от того, что его распирают СИЛЫ, тут же находится способ его привести в чувства, силами просто присутствия той же Луизы-подружки, например. Их романтическая линия вообще есть там как факт и рождает, кстати, совершенно дурной момент.
  У дочери Аида, Макарии/Луизы, была амнезия.

  Она встретила Анубиса, переспала с ним и начала вспоминать. Это у них семейное, что ли? То Аид в конце первой книги Персефону целебным членом от амнезии вылечил, то вот это теперь.

  По мотивации делать определенные вещи... Гера опять всех предала, мы узнаем это одной строкой за кадром, почему и зачем — хз. Ацтеки простили Анубиса, который распылил пару их собратьев, потому что он погонялся с одним из них как спиди гонщик. Апоп единственное чудовище пантеона, которое такое "нихачу убивать" и не убивает. Прост. Тиамат отказывается помогать убивать Кроноса, но соглашается, если

  Амон даст ей жамкать себя сто лет. В конце все не дают Тиамат забрать Амона, и она просто уходит.
  

  Смысловая нагрузка многих моментов… тоже как-то нерадостно все. Примеры.
  Замес: Сету свернули шею, он может умереть, так как его тело уже умерло, а сущность бога еще в первой книге смертельно отравили. И тут Амон такой, я придумал, как его вернуть, подходит и такой «просыпайся давай» и тот просыпается.
  А что, так можно было?
  
  Ок, Сет встал, но еще отравлен и в опасности. Кронос шантажом вынуждает Нефтиду

  добыть ему Зевса. Для Зевса это смертный приговор. Какой у него рычаг давления? Он не будет управлять ядом, которым Сета в первой книге отравили, ткнув тем самым клинком, который весь такой единственное оружие для убийства богов (потом оказалось, что их можно еще дохрена как убить, но это неважно, а нож растворили в рандомной сцене просто так).
  А он мог это делать? Так вообще можно было?.. а с какой стати он это может? Ускорить своими силами времени темпы отравления тела Сета? Так тогда он вообще может любой биологический процесс ускорить, дофига всего, не знаю, убийство путем взрывной диареи или хз.

  Этот момент немножко заставляет все по швам трещать, ну.
  Кронос шантажировал Нефтиду.

  Нефтида по итогу сделала, как он хотел (никто ненавидеть ее не стал, всем пох), все об этом узнали. Нефтида пошла на сделку с Кроносом, потому что все время до этого до смерти страдала, переживая за Сета и Анубиса. Об этом нам потом расскажут полутора фразами за кадром. Это же неважно, не так ли. Зачем нам чувствовать напряжение героини, которая с нами с начала первой книги, сопереживать ей и понимать ее.
  При этом у Неф был план, как им удрать из измерения Гекаты, поэтому зачем было соглашаться. Ну ладно, окей, согласилась. Что мешало ей рассказать ребятам, что случилось, после того, как они с Персефоной вернулись из плена? Персефона, кстати, вообще ни о чем не подумала, но тут вопросов ноль — она тупенькая и совершенно никакая.
  Ладно, не рассказала, потому что надеялась, что Кронос и правда может спасти Сета. Но ребята же узнали бы сразу и, разумеется, пошли бы спасать Зевса, и все бы так или иначе слилось.

  Зачем. Нужен. Этот. Притянутый за уши. Момент. Зачем?

  Отдельно хочу обратить внимание на восхитительный момент, где великий могущественный Зевс немношк посидел в кладовке и получил травму уровня инвалидности. Попал он в эту ситуацию, потому что

  к нему пустили Геру, а она его сдала. Как неожиданно, Гера ведь совершенно точно не предавала никого раньше, особенно в первой книге, ага. Чо, впустим ее к Зевсу, отличный план, что могло не так пойти.

  Получаем момент, где Амон сто лет готовил, потом бросился оборачивать сэндвичи или что там в пищевую пленочку, и это описано детальненько так. Увлеченно, в моменте.
  К этому у меня тоже претензия. В книге тонна одинаковых повторов в одинаковых сравнениях про всевозможную СИЛУ, какие-то в полстрочки упоминания про то, что за кадром персонажи успели подружиться/пообниматься/поговорить по душам, зато чая или какого-нибудь страдания с блинчиками у нас будет полная панамка.
  Почему мы в полстроки получили как факт, что Анубис и его лавинтерес в книге когда-то спали, знали друг друга, сроднились и т.п? Тем же курсивным куском, как в начале каждой главы типа флэшбека идёт, можно было сделать сцену с тем, как они встретились, посмотрели друг на друга, искра буря безумие и так далее. А не рандомный монент о том, что когда-то Персефона с Аидом решили в студенческой общаге в ванне за шторкой уединиться (особенно учитывая, что фокус этой книги, блин, Анубис и его драма, а Персефона там вообще в полутора сценах и вырежи ее, ноль разницы будет).
  Или вот. Они сидят в Маке во время надвигающегося конца света. Спорят об игрушке Бэтмена. Ведут Апопа на стрижку в парикмахерскую.

  Ну и просто отметим пару сцен:
  Аид ничего не делал, а силу применил один раз – и, да, медвежатник снова дверную ручку расплавил.
  Упоминают бога, идет типичное красивишное описание от Мэй – «В дымке его силы шелестели кости и маисовые лепешки». ШЕЛЕСТ ЛЕПЕХИ. Сравнения вышли из-под контроля.
  Сцена: Анубис выходит из ванной. В узкачах, мокрый. Как он узкачи натянул на мокрое, интересно, но у нас с подругой была одна ассоциация
  

  Моя самая серьезная претензия, на самом деле, даже не к этой филлерной сумбурщине и сидению в квартире Сета 80% времени. Моя претензия к тому, насколько здесь отвратительные женские персонажи. Они картонки, которые не нужны ни для чего, вырежи их — разницы для сюжета ноль. Персефоны, вокруг которой все вертелось первую книгу, в этой части практически вообще нет, а когда она есть, она в постели с Аидом, в опасности или стоит где поставили. Луиза/Макария тут тупо для драмы Анубиса и быть ему неформальной альтушной парой. Апоп зовется Эбби и зачем-то приписан в роман Амону, хотя это настолько лишнее, а главное, упрощающее мифологичный конфликт и ранний билдап уже в книге, что каждое ее появление даже раздражает. Потенциал быть личностью есть только у Нефтиды, но в этой книге она низведена до хода с "предательством" (на которое все забили сразу) и до перевязки ран бравых мужиков.
  Очень четко ощущается, что автор вкладывалась в своих мужчин. Но женщины ей будто не то что не интересны, а вовсе помеха. И мне, если честно, смертельно обидно. В нынешнее время можно было бы уже уйти от точки зрения, что женщины прописки не заслуживают.

  Все уже сказали, что книга не про любовные отношения, и автор любит бромансы, но я все равно обращаю на это внимание. Снова. Романтические чувства и линии в этой книге — это катастрофа. Как данность, за кадром. Как и дружба с женскими персонажами тоже, кстати. Мы просто должны проглотить тот факт, что вот у этих неземная любовь, и у вот этих, а вот те двое прям жить друг без друга не могут. Нуок чо. А затем идут сцены Сет/Аид или Анубис/Амон и ты сидишь обтекаешь. Потому что это не броманс, это натурально та самая правдоподобная глобальная и красивая любовь.
  Я серьезно, Аид и Сет кровь когда мешают, там две страницы свадебных клятв друг другу и чуть ли не слезы на глаза.
  И отсюда я выхожу к вот какой мысли.
  Если это исходно хотели бы сделать м/м ветками, но помешало то, в какой стране мы живем... я снимаю часть претензий. Но только часть.

  Овералл…. сюжет смерть. Серьезно. Умещается в трех строчках, все очень опасно и страшно, но поскольку герои все еще СИДЯТ или ходят в тусить, каждый раз удивляешься, когда снова вспоминают, что ващет конец света грядет.
  Ребят, под конец казалось, что книга вытянула силы. Не слишком смешно, просто очень не очень. Сорян.
  Третью прочтем, чтобы иметь полную картину в голове.

  38

  543